Книга Ее ужасная нечисть, страница 64 – Александра Черчень

— Слушай, Кайшер, а нормально, что на меня с таким восторгом смотрят? – с опаской спросила ухмара.

— Я не Кайшер – но не надо нервничать! – едва не потерев руки, сказала я в ответ. – Все очень даже в рамках обыденного!

— Вот сейчас я запереживала еще больше! – Ухмара посмотрела на меня, потом на студентов и снова на меня. Пришла к каким-то выводам и сообщила: – Я, пожалуй, пойду. Спешу очень – много дел.

— Надеюсь, что мы еще встретимся! – действительно с надеждой сказали хором несколько нечистеведов.

Ухмара лишь что-то буркнула, развеялась туманом и унеслась в сторону живой изгороди, а после затерялась в сумраке парка.

Мы остались маленькой, но теплой компанией. Я, декан, первокурсники и статуя с придурковатой мордой.

Назревала потребность что-то сказать, но я мучительно не понимала, что же именно! Про статую? Представить декана и кинуть в него студентами, а самой сбежать?

К счастью, первым решил исполнить свои преподавательские обязанности собственно профессор Эйдан.

— Добрый вечер, дорогие первокурсники. Мы с вами уже виделись на официальной церемонии, но представлюсь еще раз. Я – Кайшер Эйдан, декан факультета нечистеведения.

— Здравствуйте, – раздался в ответ нестройный хор голосов.

— Раз уж вы здесь, – продолжил он, – можете задавать вопросы. Наверняка у вас накопилось некоторое количество.

Первокурсники немедленно зашевелились. Нечистеведы полезли вперед, боевики подтянулись с показным безразличием, теоретики открыли блокноты.

Я отошла чуть в сторону, предоставив декану разбираться с энтузиастами самостоятельно. Первые вопросы были ожидаемо робкими – расписание, зачеты, практика. Потом кто-то с боевого набрался смелости и спросил про ша’аргала. Можно ли на него посмотреть вживую.

— Смотря зачем, – ответил Кайшер.

— Ну… просто посмотреть.

— Тогда нет.

Боевик потух. Зато один нечистевед немедленно воспользовался моментом:

— А правда, что он умнее некоторых преподавателей?

— Правда, – сказал Кайшер, и его губы едва заметно дрогнули в улыбке. – Некоторых.

Кто-то хихикнул.

Потом девочка-теоретик, явно долго собиравшаяся с духом, спросила, можно ли трогать нечисть, которая свободно ходит по академии. Кайшер ответил, что можно, если нечисть не против, а выяснять это лучше заранее и желательно словами.

— А если она не говорит?

— Тогда по выражению морды.

В разгар оживленной беседы из-за угла живой изгороди на площадку вылетел запыхавшийся Ревор, но увидел декана и резко сбавил темп.

— Профессор Эйдан… Добрый вечер.

— Ревор, – кивнул тот.

— Я тут ненадолго оставил группу с мисс Тарри, она любезно согласилась…

— Я видел. Дайте нам несколько минут на последние три вопроса, я вижу, что есть желающие, и после вы сможете продолжить экскурсию.

— Да, конечно!

Ревор отступил в сторонку, как раз туда, где стояла я.

— Спасибо!

Я пожала плечами – мол, все нормально, не благодари.

— Ты в итоге очень быстро справился.

— Да все в порядке, ничего страшного! Сумрачная гиена решила проверить периметр, но тот устоял. – Он покосился на декана и понизил голос: – Слушай, а он сам вышел или ты его нашла?

— Он стоял тут, когда мы пришли к статуе.

— Ясно, – со сложночитаемым выражением лица ответил аспирант.

— Он что, такой страшный и суровый? Или ты хотел инцидент не доводить до начальства?