Книга Уравнение с двумя неизвестными, страница 14 – Ольга Дашкова

Этот взгляд был каким-то… другим. Когда парни смотрят на меня, они видят красивую картинку. Объект желания. То, чем можно похвастаться перед друзьями.

А Дима смотрел так, будто пытался понять, что у него внутри. Как будто ему была интересна не оболочка, а содержание.

И это было… приятно. Страшно, но приятно.

Потому что впервые кто-то захотел узнать меня настоящую. Не принцессу из богатой семьи. Не королеву школы. А просто… Мелиссу. Девочка, которая боится получить двойку.

Девочка, которая иногда чувствует себя одинокой даже в окружении подруг. Девочка, которая устала быть идеальной.

Нет. Это все глупости.

Завтра я приду в школу. Буду как обычно – идеальная прическа, дорогая одежда, уверенная улыбка. После уроков снова пойду в библиотеку. Дима будет объяснять алгебру, а я буду слушать и стараться не смотреть ему в глаза.

А потом все вернется. Он останется ботаником, а я – королевой школы. Каждый при своем. Так правильно. Так и должно быть.

Хотя почему-то от этой мысли становилось грустно.

Выключила свет и закрыла глаза. Но перед сном почему-то вспомнила его улыбку. Такую редкую, робкую, но какую-то… теплую.

Черт. Кажется… у меня проблемы.

7:23. Папа опаздывает на семь минут.

Стою на крыльце нашего дома, считаю сосны вдоль дороги и пытаюсь вычислить оптимальное время для выезда, чтобы не попасть в пробку на въезде в город. Если выехать сейчас, вероятность опоздания составит 23%. Если через пять минут – уже 47%.

Но папа всегда опаздывает. Это константа в моих расчетах.

Наконец из гаража выезжает его «Ауди» – черная, блестящая, но всегда немного пыльная после езды по проселочной дороге. Папа никогда не заботился о внешнем виде машины так, как другие. Для него это просто средство передвижения.

— Прыгай, сынок, – говорит он, когда я открываю дверь. – Извини за опоздание. Эксперимент вышел на критическую стадию.

Сажусь в мягкое кожаное кресло, пристегиваюсь. Папа выглядит уставшим – под глазами темные круги, волосы растрепаны. Он явно вернулся из лаборатории поздно ночью.

— Ничего, – отвечаю. – Я рассчитывал на задержку.

Он усмехается:

— Вот поэтому ты у меня математик. Всегда просчитываешь варианты.

Выезжаем со двора, проезжаем мимо соседских коттеджей – такие же большие дома, ухоженные участки, высокие заборы. Этот поселок для обеспеченных семей, которые предпочитают тишину за городом столичной суете.

Папа ведет машину спокойно, постоянно поглядывая в зеркала. Он водит как ученый – методично, без лишних рисков.

— Слушай, Дим, – начинает он, когда мы выезжаем на трассу, – я хотел поговорить. Понимаю, что в последнее время мы мало видимся. Работа совсем поглотила меня.

— Все в порядке, пап.

— Нет, это ненормально, – качает он головой, обгоняя фуру. – Ты мой сын. Я должен быть рядом. Но ты же понимаешь… ученые не всегда принадлежат семье. Мы принадлежим своим открытиям, формулам. Это как призвание.

За окном мелькают поля, редкие деревья, рекламные щиты. До города еще двадцать минут езды. Киваю. Я действительно понимаю. Сам часто так глубоко погружаюсь в расчеты, что забываю обо всем вокруг.

— Ты уже взрослый, – продолжает папа. – Скоро университет, своя жизнь. Просто хочу, чтобы ты знал: я всегда на твоей стороне. Даже если физически меня нет рядом.