Книга Кукольный лес, страница 125 – Саския Калден

— Что-то не так? – спрашивает он.

— Нет. – Я поворачиваюсь к нему. – Просто думаю. О Болте.

Я поджимаю губы и хмурю брови, словно всерьез обдумываю его подозрение.

Николас улыбается и выглядит довольным. Потому что верит, что ему удалось повлиять на меня? Как и в последние несколько дней?

— Так что тебе заказать? – Он достает свой телефон. Мне нужно время, чтобы найти ответ на его вопрос. Мои мысли и чувства сейчас где-то в другом месте. Я не могу думать о еде.

— Слоеный пирог с фетой и овощами, как обычно? – спрашивает он.

— Да, звучит неплохо. – Моя улыбка похожа на маску.

Николас смотрит на меня несколько секунд, затем набирает номер греческого ресторана и делает заказ.

— Через четверть часа. Хорошо, спасибо.

Он кладет трубку, убирает мобильный в карман брюк и подходит ко мне. Я едва не отстраняюсь.

— Я поехал, – говорит он и целует меня.

Я позволяю Николасу поцеловать себя, стараясь ни о чем не думать.

— До скорого.

Я жду на кухне, пока он надевает обувь и куртку. Дверь захлопывается, и я мгновенно выдыхаю все накопившееся напряжение.

Наверняка я просто ошибаюсь и поступаю с ним несправедливо. Неужели не может быть простым совпадением то, что у Малены был такой же брелок? Я достаю его из кармана брюк, кладу под лампу на столе и снова рассматриваю. В левом верхнем углу эмали застыл маленький пузырек воздуха. Как на том, что я выиграла в лотерее. Тогда я заметила этот изъян, но не придала значения, ведь, в конце концов, важен был смысл. Теперь же он буквально бросается мне в глаза. Может, Николас потерял его, а Малена случайно нашла? Нет, что это уже за случайность такая?

Я вспоминаю то время, когда мне было так плохо из-за дела об убийстве ребенка. Это было шесть лет назад и длилось больше года. Я была занята лишь собой и даже не заметила бы, если бы Николас мне изменял. Малена была на девятом месяце беременности, когда исчезла пять лет назад. Могло ли быть так, что он был ее любовником? А Клара – его ребенком?

Мне становится плохо. Я держусь за раковину. Николас всегда хотел ребенка. Как и я. Но что, если…

Эта мысль грызет меня. Она не дает покоя. Я открываю кухонный ящик, отрываю пакет для заморозки от рулона и иду в кабинет Николаса.

Взгляд падает на дырокол на столе. Если отпечатки пальцев совпадут с теми, что на конверте Малены, я буду знать наверняка. Надеюсь, я ошибаюсь.

Я выворачиваю пакет наизнанку, натягиваю его на дырокол и завязываю открытый конец узлом.

За раздвижными дверцами Николас хранит папки со счетами и банковскими выписками. Я достаю ту, что с данными пятилетней давности, кладу ее на стол и пролистываю выписки.

Я чувствую, что меня вот-вот стошнит курицей, которую ела в обед. Николас приготовил ее. Специально для меня. Чтобы я держала его в курсе? Чтобы думала, что он сожалеет о нашей ссоре? Он требовал, чтобы я оставила дело!

Внезапно в глаза бросается строчка в банковской выписке. Списание со счета из Франции. Отель «Корона». Бронирование.

Мой пульс учащается. Я смотрю на дату. Это было в марте, за девять месяцев до исчезновения Малены. В то самое время, когда мне было плохо. Я переворачиваю страницу. Еще один заказ из отеля. Всего две недели спустя. Николас никогда не говорил мне, что ему нужно во Францию.

Пальцы прилипают к бумаге. Я лихорадочно перелистываю страницы, едва не вырывая их из папки от злости. Я нахожу по меньшей мере шесть бронирований. Всегда с интервалом в одну-две недели. Затем довольно долго – ничего.