Книга В этом поезде каждый – подозреваемый, страница 138 – Бенджамин Стивенсон

Не знаю, как Харриет сумела его выследить, но уверена, что Хатч именно поэтому держал Эрнеста под замком сначала в поезде, потом в больнице и в номере отеля. Ради безопасности. Черта с два это ему помогло! Трудно собрать трупы, разодранные на куски колесами поезда, и вскоре стало ясно, что по какому-то капризу физики и воздушных течений погиб только Джаспер. Хатч сказал Эрнесту, что пока найдены не все части, и фактически не соврал, просто той частью, которая потерялась, была вся Харриет.

Итак, вернемся в номер отеля. Харриет угнала машину, доехала до Аделаиды и постучала в дверь. Лицо покрыто запекшейся кровью и грязью, двух зубов нет, одна рука все еще висит вдоль тела, как ветроуказатель в тихую погоду. Зато вторая действует хорошо. Достаточно хорошо, чтобы держать нож.

Достаточно, чтобы всадить его в живот Эрнесту.

Может быть, это судьба, а может быть, просто чудесно рассчитанный момент, но я вошла в открытую дверь номера в самый разгар хаоса. Харриет подмяла под себя Эрнеста, ее поврежденная рука болталась, как слоновий хобот, а здоровую она занесла для нового удара и кричала, что Эрн отобрал у нее Джаспера. Раньше я никогда никого не била кулаком, но вырубила ее на удивление быстро. Правда, сломала себе руку в четырех местах. Об этом в книгах не пишут.

Эрнест, впрочем, остался жив. Я подоспела вовремя. И вот что хочу сказать. Может быть, это и глупо – сыпать соль на рану, когда в него закачали две пинты чужой крови, но все же ему стоило немного подумать, прежде чем обвинять меня в убийстве.

Вот теперь действительно все. Эрнест пришел в себя и попросил меня написать эту главу за него. Чтобы подвести итог. Я вошла в его файл и исправила подсчеты. Харриет остановилась на твердых ста шести упоминаниях (правда, пять последних добавила я), для тех, кто играл в эту игру.

И последнее. Знаете, сиквелы не всегда разочаровывают. Иногда второй заход получается именно таким, как нужно. Дает шанс исправить все ошибки, которые ты совершил в первой книге. Или повторно задать важный вопрос. И во второй раз я сказала «да» – вот что я хотела сообщить.

Я сказала «да» по очень простой причине. И мне кажется, что он по этой же причине попросил меня написать эпилог.

Эрнест наконец-то сказал мне, чья это история: наша.

Те, кто разбирается в поездах, наверняка заметили, что я намеренно внес некоторые изменения в устройство реального «Гана», необходимые мне по сюжету. Самые очевидные заключаются в том, что у «Гана» нет площадки для курения, а президентский вагон я телепортировал из другого поезда. Прошу также считать моей оплошностью все упоминания о кровожадности пассажиров и недостаточном комфорте. На самом деле я благодарен персоналу поезда за безупречную работу, особенно за то, что они не вызвали полицию, когда я расспрашивал их о возможности совершения убийства.

Ни один из героев этой книги не имеет ничего общего с реальными людьми, и, раз уж пошел такой разговор, они являются полной противоположностью невероятно гостеприимному сообществу талантливых писателей, книготорговцев и профессионалов издательского дела, оказавших мне самую разнообразную помощь.

В этой книге Эрнест научился тому, о чем я знал всегда: ни одна книга не пишется в одиночку.