Книга Во имя Чести, страница 38 – Дарья Кузнецова

На этом месте наша познавательная беседа за культурные обычаи была прервана появлением каких-то ребят в тёмно-зелёной форме. Они поприветствовали нас короткими поклонами, Инг ответил тем же, незаметно махнув мне рукой. Я истолковала этот жест как «сиди и не рыпайся», и послушно замерла на месте, наблюдая, как парочка раскладывает портативную антигравитационную платформу, на которую погружает труп, нож и какие-то мелкие предметы вроде брелоков или браслетов, судя по всему, снятые Ингом с покойника. В процессе мужчины о чём-то негромко переговаривались на родном языке, и я пару раз поймала на себе сочувственные взгляды зелёных человечков.

— Пойдём, — поманил меня капитан, когда оба пришлых со своей ношей скрылись за дверью. Стоило встать, как он крепко уцепил меня обеими руками за плечи и повёл к выходу. Было очень неудобно идти таким образом и подмывало вывернуться из цепкой хватки мужчины, но я успокоила себя, что он просто хочет помочь, а, главное, идти недалеко.

— Ты справишься сама? — осторожно уточнил он на пороге ванной. Мне почти нестерпимо захотелось ответить «нет» и посмотреть, как он будет выкручиваться, но некстати проснувшаяся совесть не позволила так издеваться над человеком, который, по сути, ничего плохого мне не сделал. Нет, он, конечно, меня спёр, но ведь не по собственному почину, так что тут претензии скорее к его руководству.

Я быстро смыла с себя чужую кровь. От осознания того факта, что половина моего организма испачкано в ней, и вот она течёт по моим рукам и ногам, неожиданно стало здорово не по себе. Не то чтобы на меня накатила истерика, но было жутковато, противно, а ещё до меня наконец-то дошло, что я чудом выжила, а несколько минут назад кто-то хладнокровно пытался меня зарезать.

Зарезать. Ножом. И лежала бы я там, на кровати, со вспоротым горлом. Почему-то именно это напрягало сильнее всего: что меня не просто убили бы, а сделали это очень варварски и, наверное, больно.

В общем, когда я всё-таки выпала из ванной в надёжные крепкие руки встревоженного Инга, меня колотила крупная дрожь, с которой я никак не могла справиться, а ноги подгибались. Плюнув на все последствия, мужчина подхватил меня на руки и отнёс в кухню-столовую. Усадив в кресло, достал из шкафа какую-то бутылку, плеснул из неё в стакан и, вернувшись ко мне, сунул его в мои дрожащие руки.

— На, выпей. Дрянь редкостная, но поможет.

Я послушно залпом проглотила содержимое стакана. При помощи капитана; мои руки слишком тряслись, и я бы половину пролила, так что он их придерживал. Хотела возразить, что ничего не дрянь, а даже очень вкусно, — какой-то приятный ликёрчик с травянисто-мятным привкусом, даже не очень крепкий, — но сдержалась, чтобы не пасть окончательно в глазах своего собеседника. Оставив стакан на полу, Инг присел рядом со мной на диван, продолжая держать мои ладони в своих.

— Всё хорошо, всё позади, — мягко проговорил он, аккуратно погладив меня по плечу. Я медленно кивнула и, пару секунд посидев в задумчивости, настырно полезла к нему на колени. Я вот сейчас ему покажу, как меня правильно утешать, если сам догадаться не может!

Так папа в детстве делал. Да порой и не очень в детстве…

Инг не сопротивлялся; мне кажется, он просто сначала совершенно опешил от такой вопиющей наглости, а потом меня уже поздно было стряхивать. Поэтому я обеими руками вцепилась в его рубашку, поджала ноги, сворачиваясь в компактный клубочек, уткнулась носом в воротник.