Книга Шешель и шельма, страница 88 – Дарья Кузнецова

Конечно, тем больше уважения вызывала целеустремленность Чарген и ее талант мага, с помощью которых она пыталась вырваться из привычной нищеты и грязи. Вот если бы еще методы избрала другие…

Посидев над выпиской и решив, что копать так копать, Стеван еще часа полтора писал разнообразные запросы, в том числе в банки, но уже о других членах семьи. Секретарь отдела, который занимался рассылкой всех этих бумаг, посмеивался — Шешель вернулся, как будто у них без него работы не хватало, — но исправно все отправлял.

И к концу официального рабочего дня Стеван вдруг понял, что срочной работы на вот-прямо-сейчас у него не осталось. По всем трем текущим делам предстояло ждать ответов из разных источников, а других у Шешеля не было: перед отъездом он раскидал всю текучку, а новая накопиться просто не успела. Так что можно спокойно поужинать и ехать домой, отсыпаться.

И если против ужина в ближайшем кафе он ничего не имел, то домой ехать совсем не хотелось. Вот стоило припомнить вид сброшенной одежды и разворошенной постели, впитавшей запахи прошлой ночи, и сразу не хотелось. Это злило, но уже без огонька, обреченно и устало.

Ну да, вляпался. Он не мог припомнить, когда его последний раз так цепляла женщина, если вообще цепляла. И, немного перегорев, не мог не признать, что дело не только в сексе. Да, хороша, чувствовался опыт. Но, будь все так просто, вряд ли его бы сейчас так коробило.

Вот только… и что? Ну понравилась. Ну запал. Психовать-то так зачем? Надо просто поскорее собрать материалы, отдать ее под суд и заняться другими делами, чтобы Кокетка больше не занимала голову и не мозолила глаза.

Приняв это решение, он вернулся в кабинет. Глянув на часы, решил, что еще не поздно для звонка, и набрал номер конторы, услугами которой пользовался для уборки и стирки вот уже лет десять и где хранилась копия ключа от его квартиры. Пускать посторонних в дом он не боялся: во-первых, конкретно эти посторонние были проверенными и достойными доверия, а во-вторых, ничего по-настоящему важного он там не хранил. Договорившись о доплате за срочность, попросил убрать, поменять постель и постирать всю одежду, какая найдется.

Потом, смирившись с тем, что отложить это дело не получится и задвинуть на дальнюю полку — тоже, позвонил магу-консультанту уже домой. Тот явно не обрадовался позднему звонку, но согласился рассказать о снятых чарах в подробностях и прямо сейчас, не заставляя Шешеля ждать официального отчета.

Для Стевана самым важным оказалось то обстоятельство, что чары хоть и позволяли менять внешность до неузнаваемости, но изменить человека радикально не могли. Черты лица, цвет волос и кожи, родинки и родимые пятна, голос, совсем незначительно — комплекцию. То есть как минимум рост и сложение у нее должны были остаться прежними. Многого это не давало, все-таки Чарген никакими особыми приметами в этом вопросе не отличалась — среднего роста, нормального, как обычно говорят, сложения, — но немного сужало круг.

Так что после разговора с магом Шешель опять погрузился в свою картотеку дел о мошенницах. Сами дела объединять в одно ему никто не позволил бы, все же к этому подталкивала только личная паранойя следователя, но никто не запрещал ему содержать на рабочем месте свой комплект выписок из дел. Иногда из этого комплекта исчезали отдельные записи, потому что коллеги по всей стране не дремали, да и личная охота Стевана тоже нередко приносила плоды.