Книга Божественный яд, страница 100 – Дарья Кузнецова

А потом и вовсе махнула рукой на то, кто и что скажет, и неловко сползла с кушетки на пол, чтобы прижаться к груди мужчины. Хотелось не видеть и не помнить или хотя бы почувствовать чью-то поддержку и защиту, а сильный, уверенный, невозмутимый как статуя Маран на роль защитника подходил идеально.

Он вздохнул и не стал вырываться, но и тесниться на полу, едва ли не под столом, — тоже. Выбрался, устроился на кушетке, усадил Идану к себе на колени и обнял, позволяя тихо, почти беззвучно рыдать ему в плечо. Раз уж проявил неосмотрительность и позволил девушке настолько привязаться, что её уже ничто не пугает и не отталкивает, самое время проявить ответственность и помочь ей успокоиться.

Что есть счастье? Ничтожная малость. Ничто.

Что от прожитой жизни осталось? Ничто.

Был я жарко пылавшей свечой наслажденья.

Всё, казалось, — моё. Оказалось — ничто.

Омар Хайям

Обещанный Владыкой дознаватель, конечно, прибыл не один. Их было восемь человек. Четверо мужчин не старше тридцати лет в одинаковой чёрной одежде, очевидно униформе, один пожилой в тёмно-красной, цвета запёкшейся крови — этот цвет в Илаатане принадлежал целителям. Ещё один, чуть моложе, явно играл главную роль — в белом, с тяжёлыми серьгами и бусами, с крупными перстнями на пальцах; его лицо показалось Иде смутно знакомым. И еще двое в, можно сказать, строгих одеждах — мужчина и женщина в белом и без украшений. Они держались уверенно и спокойно и явно имели более высокий статус, чем четверо в чёрном.

Все первым делом засвидетельствовали почтение Владыке — его супруга и неизвестная девочка единственные покинули тагмар шиила после убийства, — и вежливо, но непреклонно согнали всех остальных гостей в центр зала.

Целитель сразу сосредоточился на мёртвом теле, главный — отвёл в сторону принца и негромко принялся его расспрашивать, а люди в чёрных одеждах разошлись по альковам, чтобы провести обыск. Действовали чётко, быстро и слаженно, с осознанием масштаба и важности происшествия. Наблюдая за ними, Маран мысленно добавил ещё один белый камень в мешочек, решавший сейчас его судьбу: эти люди были профессионалами, что давало надежду на тщательное разбирательство.

Мужчина в белом тем временем прошёл в одну из уже осмотренных ниш, где явно не нашли ничего примечательного, и расположился там за столом, а женщина — заняла другую, где имелась плотная занавеска. Для чего — стало ясно вскоре, когда один из мужчин в чёрном начал приглашать девушек для личного досмотра туда, за занавеску, начав с Мариики. Та недовольно сверкнула глазами, но всё же покорно проследовала туда, куда велели. Задержалась она недолго и вышла уже заметно более успокоенной, во всяком случае, на досмотр и опрос не злилась — еще один признак, характеризовавший незнакомку в белом с лучшей стороны.

Сулус поспешил извиниться перед собеседником и подойти к невесте, и брошенное им «Я скоро вернусь» услышали все. А уходил он, кажется, чтобы сопроводить принцессу до её покоев.

Вскоре после этого, когда к женщине-следователю отправилась следующая девушка, из того алькова, где сидели Маран и Ида, выбежал занимавшийся обыском мужчина и поспешил предъявить начальнику нечто, завёрнутое в белую тряпицу. Небольшой предмет передали доктору, и старший присоединился к своему помощнику-мужчине.