Книга Божественный яд, страница 24 – Дарья Кузнецова

Он остановился, сразу замеченный всеми, глубоко поклонился, не сводя пристального взгляда со своего принца, а когда тот коротко кивнул и сделал быстрый жест рукой, точно так же молча скрылся за дверью. А принц через мгновение поднялся.

— Прекрасные фройляйн! К вылету всё готово, и нет смысла его откладывать. Прошу всех проследовать для посадки, — он сделал приглашающий жест в сторону той двери, за которой скрылся илаат в чёрном.

На мгновение в зале всё стихло, а потом девушки опомнились и засуетились, но больше, конечно, не сами они, а сопровождающие — прощания, напутствия, понятные тревоги…

Меньше всего шума создавали две девушки, державшиеся особняком, которых никто не провожал. В одинаковых светло-синих платьях с белыми воротничками и манжетами, они, кажется, явились из закрытого пансиона для благородных девиц. Однако, кроме платьев и отсутствия сопровождения, ничего общего у них не было.

Одна, со светло-золотистыми волосами, невысокого роста и проще лицом, отличалась красивым голубым цветом глаз, которые блестели нескрываемым любопытством. Вторая была на полголовы выше и вид имела сдержанно-королевский, и он очень шёл ей — безупречные черты лица, аккуратно убранные блестящие каштановые волосы, карие глаза и чувственные губы. Кажется, именно её присутствие до сих пор не позволяло спутнице перезнакомиться с окружающими. Можно было заметить, как светловолосая курсистка то и дело порывалась шагнуть вперёд, но каждый раз оглядывалась на соседку и сдерживалась.

Первыми к выходу, подавая пример, направились принц и принцесса, рука об руку, чинно, как положено жениху и невесте, а следом потянулись остальные.

Идана, выпущенная наконец из родственных объятий встревоженной и чуть не плачущей от волнения матери, через мгновение угодила буквально из огня в пламя: в руки Греты Иргвид, бойкой миловидной шатенки двадцати четырёх лет от роду из приличной и респектабельной семьи, присутствие которой так обрадовало Иду несколькими минутами ранее. Эта девушка была единственной, кого Идана могла назвать своей подругой.

— Как я рада, что ты тоже вызвалась поехать! Просто камень с души. Я совершенно ничего не успела и даже не смогла как следует попрощаться! Написала тебе письмо, но, представляешь, забыла, отправила я его или нет? Кажется, всё же нет, — вздохнула она, крепко уцепив подругу под локоть.

— Да, сборы вышли… стремительными, — согласилась Идана. — Удивляюсь, как я голову дома не забыла!

— Тебе было бы сложно без неё, — звонко и искренне рассмеялась Грета. — Да и некрасиво это. Зато, пока ты развлекала принцессу, я всё выяснила!

— Совершенно всё?

— Совершенно! — радостно подтвердила Грета. — У нас собралась чудесная компания!..

Из будущих невест, помимо Греты, Идана лично знала троих, и все три тоже были… с изъянами, как и она сама, и её подруга — дочь хоть и почтенного, но довольно несчастного рода, в котором народилось шестеро дочерей и удачно пристроить удалось не всех.

Вилма Гунтрад — энергичная яркая брюнетка, младшая дочь графа, в свете считалась падшей, как сама Идана, и имела схожее пятно на биографии.

Рыжая Лииса Лондрин, скандально известная своей непримиримой и безнадёжной борьбой за права женщин, на которую давно махнули рукой собственные тихие и религиозные родители и, наверное, с облегчением встретили её отъезд.