Книга Божественный яд, страница 59 – Дарья Кузнецова

— Владыка произвёл на меня впечатление человека, который точно знает, что делает. — Маран склонил голову, в очередной раз вслух признавая авторитет правителя и давая понять, что в эти вопросы лезть не собирается. Он и раньше не любил политику, предпочитая быть исполнителем, а уж сейчас соваться без брода в незнакомое болото…

— То есть ты не планируешь вмешиваться и срывать заключение мира? — с явным облегчением спросил Сулус.

Маран смерил его задумчивым взглядом. Он знал, что младший из детей Владыки избрал для себя стезю мага с полного одобрения отца, но до сих пор полагал, что это не сказывалось на остальных его навыках. Однако держать лицо принц умел откровенно плохо.

Или он путал причину и следствие и принца отпустили развлекаться именно потому, что не получилось приладить к государственным делам?

— Зачем? — уточнил Маран.

— Ну, ты же герой одной из войн с ними, проник в Трант и убил тогдашнего короля, чем переломил ход истории. Согласно свидетельствам, тебя там предали страшной казни, — пояснил он. — Вдруг ты решил отомстить?

— Нет, — медленно качнул головой тот, подумав, что надо бы восполнить и этот пробел в знаниях и прочитать историю про себя.

Упоминание той войны ему уже попадалось, но в подробности Маран не лез. Может быть, зря? Может быть, это подстегнёт воспоминания? Потому что он совершенно не помнил, действительно ли убил короля Транта. И казни тем более не помнил.

— Хорошо. Тогда не мог бы ты не пугать больше транток? И вообще желательно к ним не приближаться. Им и так непривычны наши обычаи, а ты впечатляешь даже местных, — принц улыбнулся.

— Твой друг слишком остро реагирует на не стоящие внимания мелочи, — проговорил Маран, глядя не на собеседника, а за его плечо, на сидящего в стороне Кутума. Третьим в их компании был незнакомый мужчина, а четвёртым — Фанис, который первые дни служил Марану нянькой и, к облегчению того, оказался в этой роли очень полезен и ненавязчив.

— Будь снисходителен, — широко улыбнулся принц. — Мой друг потерял голову от любви, с ним такое впервые. Наверное, потому, что раньше он не встречал транток.

— Эта женщина явно не стоит таких потерь, — заметил Маран, хмурясь.

— Твоего мнения тут никто не спрашивал! — вспылил Кутум. Попытался вскочить с места, но его придержал за плечо сидевший рядом незнакомец. — Держись от Эрмы подальше или выйдешь со мной в карду!

— Не выйду, — спокойно ответил тот, не обращая внимания на угрозу. — Любовь не стоит таких жертв. Я не стану убивать тебя из-за этой глупости.

— Да как ты… — окончательно взвился Кутум, но его опять удержали на месте. Больше не сосед, а предостерегающий жест принца.

— Зачем сразу убивать? Чаще поединки проводятся до первой крови, нередко вообще без оружия. Неужели ты не дорожишь честью? — растерялся Сулус.

— В карду входят двое, чтобы вышел один, — задумчиво проговорил в ответ на это Маран. — Когда боги соглашаются вершить суд, они не могут обойтись без жертвы. До изучения изменений этого обычая я ещё не дошёл, но, даже если теперь распространены другие правила, я не выйду с ним в карду.

— Почему, если можно не убивать?

— Потому что я не умею драться до первой крови. Если твой друг слишком плох в бою, у него будут шансы выжить, но если он окажется достаточно хорош, привычка может взять верх. А я не хочу убивать его, тем более в карде, — терпеливо пояснил Маран. — Это того не стоит. Если ты хочешь ему добра, его одержимость нужно лечить, а не поощрять. Если не хочешь потерять друга, избавь его от этой женщины. Такая горячность не приведёт ни к чему хорошему.