Книга Божественный яд, страница 62 – Дарья Кузнецова

Пальцы были красивые, длинные, ухоженные, и пара перстней с крупными тёмными камнями смотрелась на смуглой коже очень красиво. Ида отметила это мельком и подумала, что такие пальцы подошли бы музыканту и надо бы спросить, чем увлекается её новый знакомый, но вместо этого она вздохнула:

— Детская жестокость поражает.

— Он наказан, — отозвался Μаран.

— Наказан? — озадаченно глянула она на стоящего рядом мужчину. — Как наказан?

— Симметрично. Я оторвал мелкому паршивцу руку по локоть, — невозмутимо проговорил мужчина и поймал новый ошарашенный взгляд.

— Ты… серьёзно? — растерянно пробормотала Ида.

Но не шарахнулась, что Маран отметил с определённым удовлетворением, и улыбнулся уголками губ:

— Вряд ли. Кажется, отец, когда я объяснил ему ситуацию, отправил мерзавца помогать в конюшни, а это довольно трудно делать одной рукой.

— Ты… пошутил? — неуверенно предположила Идана. — У тебя очень странный юмор, ты знаешь?

— Догадываюсь, — улыбка стала веселее. — Μне было интересно посмотреть на твою реакцию. Ты не поверила, и это… интересный опыт.

— А что, все остальные легко поверили бы, что ты мог за птицу оторвать руку мальчишке? То есть ты действительно мог бы и остальные об этом знают? Ты опасный безумец и мне надо тебя бояться?..

— Сложно объяснить, — уклончиво отозвался он. — Скорее, это проблемы репутации. Ну так что ты про это скажешь?

— Я могу попробовать, — осторожно ответила Ида. — Но понадобится многое выяснить. Я знаю, как устроена и работает человеческая рука, а вот с птичьими крыльями прежде встречалась только за обеденным столом. Нужны подробные схемы, и я не представляю, где их можно взять. В идеале нужен скелет крыла какого-то другого ворона, детальный анализ мышечного каркаса, что-то о нервной системе и схема расположения оперения. Если мы будем пробовать вернуть ему возможность летать, мне также надо понять, как именно происходит этот процесс. И чем заменить перья, тоже большой вопрос.

Пока говорила, она расправила лежащей на спине птице второе крыло, аккуратно растянула его за маховые перья, разглядывая, потом пощупала плечо.

— Μы будем пробовать, — удовлетворённо отозвался Маран. Ему понравилось, как это прозвучало. — Я найду книги и кого-нибудь, кто поможет разобраться.

— А зачем тебе это? Ты растил его с воронёнка? — полюбопытствовала Ида, оставив крыло в покое, всё равно поверхностный осмотр для предстоящего дела был бесполезен, и перевела взгляд на стоящего рядом мужчину.

При хорошем ярком свете Идана рассмотрела, что илаат по-настоящему красив, даже лучше всех остальных. Безупречно пропорциональные черты лица, глаза — чёрные, большие, глубокие, словно ночное небо. Губы почти совершенного очерка, cо слегка приподнятыми уголками, отчего казалось, что он постоянно едва заметно улыбается. А вот прочитать выражение глаз из-за подводки было трудно, но эта проблема касалась всех илаатов. Ида даже подозревала, что они для того её и наносят: не для красоты, а для маскировки.

— А тебе? — Взгляд его казался пронизывающим, слишком пристальным для такого простого разговора, и Ида решила, что всё дело в их слишком тёмном цвете. У большинства илаатов, с которыми она успела пообщаться, глаза были светлее, карими или зелёными, поэтому такого впечатления не производили.