Книга Теория механизмов и души, страница 19 – Дарья Кузнецова

К примеру, Геш весит почти триста килограммов, и перетащить его вручную очень трудно, а уж сделать это в одиночестве шансов нет. С тележкой же всё просто: подкатить, обхватить неподвижно замершую фигуру под мышки тросом и несколько раз повернуть ручку. Кран был самый простой, ручной, состоял из системы блоков и предельную нагрузку имел небольшую, но в моём хозяйстве этого было достаточно.

— Увы, боюсь, пока мы не поймём, как на самом деле работают кристаллы памяти, ничего не изменится, -- резюмировала я, отдуваясь, и принялась аккуратно собирать искры с рабочего стола. -- Ладно, иди сюда, давай, твою руку в чувство приведём. Если я сейчас Гешкой займусь, то это надолго.

— А мы не понимаем? -- поинтересовался Мух, устраиваясь на моём стуле.

— В очень общих чертах, -- поморщившись, недовольно ответила я, подтащила поближе один из ящиков повыше и взялась за отвёртку, чтобы снять защитные пластины с механической конечности. За "хирургическим вмешательством" Миришир наблюдал с восторженным и, на мой взгляд, не вполне здоровым интересом. -- Искра похожа на нервный узел: ещё не мозг, но какие-то его функции выполнять способна.

— А что такое нервный узел? -- живо полюбопытствовал он.

— Ты в школе биологию всю прогулял что ли? -- уточнила я и опустила правый окуляр. -- Это... вроде мозга, только у всяких мелких примитивных тварей вроде насекомых.

— А в чём разница?

— В сложности и размерах, -- пояснила я, подавив желание съязвить что-то вроде "в некоторых случаях разницу заметить невозможно".

— Интересно, из чего они делают эти искры? -- продолжил рассуждать на новую для себя тему Мух. -- Может, своих же сограждан перерабатывают, а?

— У тебя есть единомышленники, -- хмыкнула я. -- Некоторые даже дальше идут, утверждая, что все пропавшие без вести тенсы -- тоже их рук дело, и их тоже перерабатывают на искры. И вообще настаивают, что от машинатов надо отказаться, пока они нас не поработили.

— А что? Жили же как-то без них, -- пожал плечами Мух. -- Ай! Ты что дерёшься?! -- он дёрнулся и укоризненно уставился на меня тёмно-серым ясным глазом. Вторую глазницу для красоты прикрывало круглое затемнённое стекло.

— Я не дерусь, я демонстрирую, -- назидательно сообщила я. -- Это был эффект механического воздействия рабочей поверхности прецизионного ручного инструмента на управляющий центр твоей руки.

— Я видел, что ты ткнула меня часовой отвёрткой! -- отмахнулся он. -- Я не понял, зачем?!

— Мух, отказаться от машинатов, конечно, можно, -- со вздохом резюмировала я. -- Но в следующий раз, когда тебе в голову придёт светлая мысль борьбы с техническим прогрессом, ты, пожалуйста, сначала вспомни, что твоя рука уверенно шевелится просто потому, что здесь есть своя крохотная искорка. Не такая, как в машинатах, попроще, но она есть. Во-от тут, на остатках плечевого сустава, -- я указала отвёрткой, а Миришир вытянул шею и попытался заглянуть внутрь.

— Хм. Получается, моя рука может взбунтоваться по какому-нибудь кодовому слову? -- он задумчиво пошевелил пальцами.

— Мух, не дёргайся, -- попросила я. -- Нет, не может.

— Почему? Если ты говоришь, что...

— Да не дёргайся ты, а то я её сейчас совсем откручу! -- рявкнула я. -- Или оставлю как есть, сам будешь себя регулировать!