Книга Щепотка пороха на горсть земли, страница 86 – Дарья Кузнецова

— Она выглядит гораздо моложе, — заметил Дмитрий.

— Ведьмы, говорят, долго не старятся, особенно если правильно живут. А здесь земля сильная, она тоже Джию бережет.

Еще некоторое время они шли молча. Лесок быстро закончился, по сторонам от дороги потянулись возделанные поля. Кое-где среди них виднелись разрозненные одинокие домики или, чаще, хлипкие сараюшки-времянки. Низкие светлые тучи текли над полями, изредка сеяли дождь, но настолько мелкий, что не получалось понять — это вообще дождь или редкий туман в воздухе?

Зато идти было легко, не чета вчерашней жарище. Если бы еще молчание так не давило и не порождало беспокойные давящие мысли…

На этот раз первой не выдержала Анна.

— Я знаю, у кого можно спросить про возможное логово знаткоя, если Гнат Сергеич не подскажет ничего. Пастухов ловить устанешь, охотников тоже, но есть несколько стариков разговорчивых. Баек, конечно, наслушаемся прорву и замучаемся все гиблые, по их мнению, места проверять, но такой риск, наверное, всегда существует.

— Из числа кабацких завсегдатаев? — уточнил Дмитрий.

— Можно их, но тогда в байках мы увязнем навсегда, — весело отозвалась Анна. — Нет, просто из стариков. Как ты думаешь, что нужно знаткою?

— Власть и сила, — без раздумий отозвался он. — Все колдуны, какие опускаются до человеческих жертв, делают это в поисках могущества.

— Могущество ради могущества? Сомнительно как-то. Зачем? — хмурясь, спросила она. — Должна же быть какая-то цель.

— Нередко цель ограничивается демонстрацией всему миру собственных талантов. Из-за тех ограничений, которые имеет колдовской дар, они часто злятся на чародеев. Зависть.

— Это мнение чародеев, — хмыкнула Анна.

— Разумеется, — не стал спорить Дмитрий. — Я и не утверждаю, что волшебники не совершают преступлений. Но для колдунов искушение слишком велико. Если дар к волшебству можно развить до определенного предела, а дальше бесполезно биться, остается брать только искусством, то их могущество — рядом, достаточно протянуть руку. А переступившие черту раз, обычно не останавливаются.

— А ты встречал в жизни колдунов?

— В училище был один, он как раз про своих собратьев по дару рассказывал. И учил, как по косвенным признакам колдуна вычислить.

— Зачем? Ты же вроде бы инженер, — искренне озадачилась Анна.

— Но ведь военный. Ты не думай, нас же не все годы учебы науськивали колдунов ловить, просто про разные виды чар рассказывали и, конечно, коснулись этого вопроса. Никто всерьез не думал, что действительно придется столкнуться с настоящим колдуном. Кто бы мог подумать, что пригодится…

— И как можно определить колдуна?

— По трупам и следам ритуалов, — вздохнул он. — Считается, что найти следы колдовства как такового невозможно, и мы тогда сами пробовали. Мне потому и показалась странной уверенность этого шамана.

— Сейчас не кажется?

Косоруков пожал плечами, помолчал.

— Не знаю. Глупо закрывать глаза на эту версию, все одно к одному складывается, даже пропавшие люди есть. Но это ведьмовство с шаманством… — он усмехнулся и качнул головой. — Поверить не могу, что я всерьез слушаю ведьму. Но что еще остается?..

— Поверить? — предположила Анна тихо и очень серьезно. — Если мы чего-то не встречали в жизни, это ведь не значит, что его не существует.