Книга Последняя Ветрожея, страница 100 – Дженнифер Адам

По мере того как девочки росли, росли и их способности. Мейгин стала первой новопосвящённой в Храме Полумесяца за более чем поколение. Она училась использовать священную магию, чтобы читать узор звёзд, менять движение приливов и отливов, предсказывать возвышение и падение королей и королевств, призывать благословение Великой Матери и Отца Неба.

Ведовство Магди привлекало искателей со всего королевства. Её амулеты и снадобья сделались сильнее, чем у любой другой ведуньи, прежде чем она увидела своё восемнадцатое лето. Она исцеляла раны, принимала роды, приносила удачу и любовь тем, кто просил её о помощи.

Но Мойра… она была тихой сестрой, и ничто не ускользало от её взгляда. После смерти матери она осталась в Айдлуильде, однако не удовлетворилась ролью дамы. Никто тогда не знал, что её силы питаются честолюбием, ревностью, жадностью и гневом – и она становилась сильнее, чем кто-то мог помыслить.

От старых камней тянуло промозглым холодом. Тише пробрала дрожь, и Медведь сказал:

— Кости, притащи дрова, которые Масон спрятал за алтарём. Давай. Ты уже слышал эту историю, а до утра будет только холодать.

Кости открыл было рот, чтобы возразить, но руки его, торчавшие из куцых рукавов, покрылись гусиной кожей. Он вскочил и убежал в полумрак.

Тише и Медведь продолжили вдвоём рассказывать историю:

— Так продолжалось некоторое время… а затем короля Малькольма сразил недуг, а страшная засуха вытягивала жизнь из земли.

Кости вернулся с охапкой сухих веток, полусгнивших досок и отломанной ножкой скамьи. Он с грохотом уронил всё это и снова исчез, видимо, чтобы набрать ещё растопки.

— Хотя весенний праздник Белтейн отмечался на веку долгих поколений – люди красили яйца, мастерили воздушных змеев из лент и устраивали кроличьи бега, – жриц уже давно выбирали Девичей Душой, сердцем луны и олицетворением богини. Но в том году, столкнувшись со страшной бедой… жрицы Храма Полумесяца знали, что ритуал требует чего-то большего.

Раздался грохот и сдавленное ругательство, и в следующее мгновение Кости вернулся с новыми дровами.

— Палец ушиб. – Он нахмурился. – И не могу найти огниво. Где кремень?

— Давай я, – предложила Брида, аккуратно складывая дрова шалашиком немного на отдалении, чтобы костёр давал тепло, а искры не долетали до них. – Прямо здесь? Внутри?

— Храм давно разгромлен королевой и её стражниками. – Медведь развёл руки. – Почему бы и нет?

— Хорошо… – Брида призвала крошечную струйку магии и направила её на сухое дерево, пока не почувствовала, что оно занялось. Над грудой дров поднялся завиток дыма, задрожал, затем окреп. По одной из веток заплясало маленькое жёлтое пламя, разрослось, и вскоре затрещал весёлый костерок.

Все четверо протянули руки к огню, наслаждаясь теплом.

Вскоре Тише растёрла ладони и продолжила жестами свою историю.

Медведь прочистил горло, почесал переносицу и заговорил за неё:

— Они выбрали Мейгин Девичьей Душой, думая, что её молодость, красота и сильная священная магия принесут великое благословение… Это было слово «иссушённой»? Иссушённой земле. А поскольку король был болен, советники послали его сына, прекрасного принца Андри, выступить в роли Владыки Солнца, духа охоты, дабы помимо плодородия принести исцеление и силу земле и королю, если жрица Дева согласится.