Книга Последняя Ветрожея, страница 41 – Дженнифер Адам

На мгновение воцарилось потрясённое молчание. Брида чувствовала порицание, навалившееся на неё, словно тяжёлый тюк с колючим сеном, и избегала смотреть на матушку Магди. Она не хотела увидеть стыд и разочарование в глазах ведуньи. Существовали правила, предписывавшие, как вести себя перед Советом и когда говорить, – и она только что их нарушила.

Но она не станет извиняться за свои вопросы.

— Тебе известен порядок Совета, дитя! – сердито прошипел один из Благоразумий. – Ты свободна. Остальная часть этого разговора тебя не касается! А теперь уходи, пока мы не назначили тебе недельное наказание, чтобы напомнить о хороших манерах!

— Честно говоря, досточтимый Совет, моя ученица… – Магди придала словам вес, как бы напоминая Благоразумиям, что Брида не простая деревенская девчонка, – права. Она единственная видела коней-бурь.

Девочка едва сдержала усмешку, но тут Магди продолжила:

— К сожалению, Брида, пока мы не знаем наверняка, с чем имеем дело, позволять тебе слушать наши домыслы чересчур рискованно. Совет, как и я, заботится о твоих интересах. Возвращайся домой, и я скоро к тебе присоединюсь.

Бридина улыбка дрогнула. Она была так близка. Проглотить разочарование было нелегко.

Глава, соединив башенкой указательные пальцы, однократно кивнул:

— Матушка Магди права. Мы признаём твою роль в привлечении нашего внимания к коням-бурям, но теперь нам предстоит решить некоторые непростые вопросы. Нам и без того тяжело даётся разлад времён года… Если кони-бури принесут в долину стихийную погодную магию, хаос может погубить нас всех. Этот Совет должен рассмотреть тяжёлые вопросы, не предназначенные для ушей юной девушки – даже если она ученица нашей ведуньи. – Глава взглянул на матушку Магди, вздёрнув брови. – Итак, ещё раз повторяю, ты свободна.

Решительность, ясно звучавшая в голосе Главы, и отрывистый кивок матушки Магди говорили, что спорить дальше бесполезно, и Брида позволила служке вывести себя из зала.

Но когда тяжёлая дверь из железного дерева с грохотом закрылась, Брида с трудом поборола желание её пнуть. Она терпеть не могла, когда от неё отделывались. Пренебрегали ею. Отвергали.

Особенно если что-то ужасное угрожало её долине.

Внезапный ветер взметнул вихрь листьев по тропинке, когда Брида возвращалась домой из Совета. Девочка замерла, вглядываясь в тени среди деревьев: не покажутся ли кони-бури?

На солнечный лик набежало облачко, и деловитая белка летала с ветки на ветку. Брида ждала натиска и звона, жара и озноба дикой магии, но так и не дождалась. Постояв мгновение, она пошла дальше, пиная камешки.

Освободиться от докучного пригляда неодобрительных глаз Благоразумий было бы облегчением, если бы Бриду не допекало знание того, что Совет продолжает обсуждать коней-бурь и магию.

Разрешили бы ей остаться, будь она уже Зеленолистой?

С этой мыслью пришёл холодок тревоги. Если Благоразумия потребуют от Магди более подробного отчёта о Бридином ведовстве, что та скажет? И сколько времени дадут Бриде, чтобы пройти Зеленолистые испытания?

Если она снова провалится, разрешат ли ей просить о новом ученичестве у другого мастера или назовут её Странницей и отправят искать свою судьбу в одном из соседних городков?

Брида сунула руку в карман и сжала камень и перо – амулет, полученный от матушки Магди. Однажды её уже бросили… если её снова прогонят, это разобьёт ей сердце.