Книга Убежище Ксинори, страница 102 – Хамки

Она сказала это и вдруг помрачнела.

— Я наивная дура, так ведь?..

— ?!

— Как же я сразу не подумала об этом, – девушка сникла. – Ты ведь хочешь вернуться на Землю, потому что там находятся все, кого ты любишь. И, наверняка, ты не был там одинок. А я буду там лишняя.

«Любит же Лика всё понимать так, что она окажется не у дел»!

— Нет, – вздохнул Макс. – Там действительно много тех, кто мне дорог. И я действительно хочу вернуться, потому что там мой дом, я привык там жить, и я скучаю по нему. Но если бы мне было там что терять – я бы не полез в телепорт. Собственно, наверное, мне там и не хватало кого-то типа тебя, – он улыбнулся. – Например, тебя самой!

— Правда?! – Лика аж подпрыгнула от радости. – Здорово!!!

«Да, но что толку…»

Лика сразу заметила, что её собеседник расстроился.

— Ты переживаешь за судьбу родного мира? – вздохнула она, положив руку ему на плечо. Макс в ответ смог только кивнуть. – Нам повезло – Хамки делает всё, что в его силах, чтобы помочь жителям твоей планеты.

— Ага, заметил, – прорычал Макс, отводя взгляд. – «Я убью всего сорок процентов, чтобы мои добрые собратья не истребили вообще всех». Просто шедеврально!

— Ты злишься на него?

— Злюсь?.. Хороший вопрос… Если честно, то я и сам не знаю, что чувствую. Да, он лично не виноват в том, что должно произойти. Он искренне хочет помочь, пусть и может сделать это только таким изуверским способом. И тем не менее, Хамки – тоже часть той силы, что жаждет стереть мой мир, как и сотни, тысячи или сколько их там, этих других миров с генами Светочей… Это нелепо, но если мерить саланганцев теми же лекалами, какими они меряют всех, то я должен стремиться к тому, чтобы перебить их всех до единого, ведь они угрожают уничтожить мою родную планету.

Но даже если бы я этого хотел – подобное неосуществимо. И тем более все речи Хамки про миролюбивость и незлобность саланганцев не вяжутся в моей голове с происходящим сейчас.

— Макс, ты в самом деле не понимаешь его? – вновь подходя к перилам и глядя вдаль, произнесла девушка.

— Лика?!

— Хамки – не злой, – сказал она. – Я верю ему, любой саланганец – не злой. Никто из них никогда не сделает ничего во вред ближнему «просто так». Они не убивают и не причиняют вреда без причины. Чего я не могу сказать о других. Подумай – мы с Эйкой в первую очередь превратили ТУЛУП в оружие, вызвав удивление у Хамки.

Знаешь, на Зелирии есть такое увлечение как «царская охота» – она популярна у зелирийской знати. Я мало знаю об этом – так, Вельга пару раз проболталась невзначай, но суть в том, что на этой охоте убивают не для пропитания. Для развлечения. Знать соревнуется, кто убьёт больше различных животных – от диких вурлов до щерыг. А что ещё хуже, бывает и другой вид этой охоты – тогда жертвами выступают осуждённые преступники… А иногда и просто деревенская беднота.

Я могу понять действия Хамки и его собратьев, но не могу понять такой охоты. Убить, чтобы съесть или защитить себя, – заложено в нас природой. Убить, чтобы убить… Не знаю. Саланганцы же действуют согласно природе – они уничтожают то, что может представлять для них угрозу. Пойми, Макс, ты неверно оцениваешь их действия, ведь их природа мудра, в ней зло не первично, в ней каждый желает, хотя бы себе, но добра. Саланганцы не «делают хуже другим» – они «делают лучше себе», пойми эту разницу.