Книга Убежище Ксинори, страница 77 – Хамки

— Как?! – встрепенулся Макс, ожидая услышать в ответ историю про какую-то страшную кару.

— Поколотили бы хорошенько, – пожал плечами Хамки. – Неделю. Может две.

Макс настолько оторопел от осознания масштабов пофигизма Хамки и его собратьев, что глубоко вздохнул и лишь с хрипом выдохнул, не сумев ничего сказать.

— Давай закроем эту тему, – махнул лапой Хамки. – Зелирия спасена, дегроды устранены, можно и здесь делами заняться.

— И что мы теперь будем делать? – поникшим голосом спросил Макс, понявший, что спорить бесполезно – только большим идиотом себя выставит.

Хамки медленно поднял на него круглые как блюдца глаза. Они светились счастьем.

— ЖРАТЬ!!! – заорал он.

«И как же я про это забыл… Он ведь уже часа два не ел, зато понервничал бедненький, аппетит нагулял…»

— Я тут ещё поболтаю с Грисаей, а заодно поем, – решил Хамки. – А вы идите по своим каютам. За еду не переживайте – вам тоже насыпет!

— Только больше не избивай Грисаю, пожалуйста, – попросил Макс.

— И не собирался, – махнул лапой Хамки. – Идите, отдыхайте!

На этом вся «полезная» деятельность Хамки предсказуемо закончилась, и жертв больше не предвиделось – стоило пелене ярости пасть с глаз саланганца, как их тут же заслонила пелена голода. В итоге Хамки велел своим зелирийским друзьям отправиться в ближайший коридор, тот, откуда зашёл Макс, а сам занялся поглощением пищи, внезапно появившейся в тарелке прямо перед ним.

Когда остальные оказались в коридоре, то выяснилось, что двери по обеим его сторонам вели в достаточно просторные и полностью оборудованные каюты – они узнали это, когда ближайшая дверь послушно въехала в стену, стоило Лике оказаться в одном шаге от неё. Признала хозяйку! Две следующих точно таким же образом среагировали на Эйку и Макса.

Оказавшись в одиночестве в своей каюте, парень оценил обстановку. Скромно, но уютно. Просторно, большая кровать, а окно добавляет ощущения атмосферности.

— Окно?! – Макс так и подпрыгнул на месте. – Невозможно! Окна тут быть просто не может – каюта расположена в глубине станции! – он подошёл к окну и прикоснулся к нему, испытав странное ощущение – поверхность не была стеклянной, хоть и казалась таковой. Это был какой-то другой материал, чуть тёплый на ощупь. Похоже, это был экран, который лишь изображал то, что находится за бортом станции – горный хребет, чёрное ночное небо Зелирии, темнеющий лес у подножья гор.

Недолго поизучав обстановку, Макс сел на кровать и осмотрелся в поисках обещанной Хамки еды. Ее не было.

— Сам сказал жрать, а где тут еду… – не успел он додумать свою возмущённую мысль до конца, как заметил, что на столике рядом с кроватью стоит большая тарелка с какими-то овощами и фруктами, а рядом с ней – стакан красноватой жидкости. Макс был готов поклясться, что когда он вошёл, там было пусто. – О, как! – он взял похожий на сливу фрукт (или овощ?) и сунул в рот. Вкусно.

Устроившись поудобнее, он начал есть, и если первые два укуса сделал как обычный культурный человек, то потом принялся буквально впихивать в себя еду – голод накатил с такой силой, что у парня затряслись поджилки. Стресс отходил, организм быстро вспомнил, что ничего не ел почти двое суток – ничего удивительного.

— Эх, сейчас бы ещё мяска, – вслух пожалел он.