Книга Убежище Ксинори, страница 79 – Хамки

— Нет?! – удивился Макс.

— Это всё лишь предсмертное наваждение! Я сейчас там, у этой самой стены! – прошептала Лика. – Я слышала рассказы, что перед смертью бывают видения. Не важно, сколь ужасны они или прекрасны, не важно, сколь долгими они кажутся, на самом деле – это лишь последние предсмертные мгновения! И дальше не будет ничего!

Макс настолько оторопел от её слов, что не смог даже ответить.

— Я пришла, чтобы хотя бы здесь, в предсмертном наваждении сказать тебе то, что не успела сказать в жизни, – она закрыла лицо руками и снова заплакала. – Макс, ты стал смыслом моей жизни. Ты сам, как тот, кто позаботился обо мне, кто принял меня. Не как Глас Салангана, а как близкий друг. За то время, что мы провели вместе, я стала самой счастливой девушкой на всей Зелирии. Эти дни искупили для меня все тяготы прежней жизни. Ты – лучшее, что случалось со мной. И я не жалею, что пошла за тобой к Стене Отторжения.

Тем временем дверь снова беззвучно открылась, и к ним вошёл Хамки. Он не летел, не вопил во всё горло. Тихо прошёл по полу и, запрыгнув на ручку кресла рядом с Ликой, плюхнулся на задницу, и молча посмотрел на умари – рыдающая девушка не заметила появления второго слушателя.

— Макс, мне не жалко погибнуть, зная, что я провела с тобой столько счастливых минут, сколько отмерила мне эта жизнь. Я хочу верить, что моя гибель была не напрасной. Но даже если и так – не важно. Всё уже не важно. Я принесла тебе столько пользы, сколько смогла. Я была с тобой до самого конца. И даже сейчас, в последних грёзах, я хочу быть с тобой. С тем, кто позволил мне почувствовать себя нужной. Не одинокой! И… Счастливой… Спасибо тебе, Макс!

Хамки протянул лапу и погладил Лику по руке.

— Лика, если тебе страшно – ты можешь плакать, – тихо сказал он. – Но всё происходящее – не грёзы. Помнишь, ты радовалась чудесному исцелению Мисси?

Лика подняла заплаканные глаза и посмотрела на фиолетового хомяка. В этот раз она не дёрнулась и не попыталась пасть ниц.

— Помню…

— Ты тогда поняла всё правильно, – вздохнул Хамки, глядя в «окно». – Она умерла той ночью. Заражение крови – смертельная болезнь, она всего за сутки сгубила эту бедную маленькую девочку. У неё не было ни шанса… Но я видел, сколько вы приложили усилий, чтобы спасти её. И я решил, что судьба не права, и ей не нужно умирать. Я отдал приказ своей НОРЕ, и она воскресила Мисси так же, как сегодня днём воскресила вас с Эйкой. Но Мисси не получала обширных физических повреждений, поэтому система не создавала ей новое тело, а просто «починила» имеющееся.

Всё произошедшее сегодня, всё, что ты видела здесь – не галлюцинация и не наваждение. Сегодня, малышка, началась твоя новая жизнь.

Пойми, Лика, я не бог. Я такое же живое существо, как и ты. Да, мы принадлежим к разным видам, да, все умари – создания саланганцев, поэтому ты и ощущаешь такую привязанность ко мне – это заложено в тебе. Не природой, нами. Но это не делает нас богами. По крайней мере, в том виде, как вы представляли их… нас… короче, я думаю, что ты поняла. И если уж на то пошло – Макс не мой Глас. Мы познакомились с ним за полчаса до того, как он встретил тебя на той поляне. Он – обычный человек с планеты Земля, попавший на Зелирию просто по недоразумению.

— То есть я ошибалась?..