Книга Сын ведьмы, страница 79 – Александр Седых, Вячеслав Седых

В овчинном тулупе казаку стало жарко. Он снял тулуп и валенки, а шарф шерстяной заменил на белый шёлковый, сдёрнутый с шеи капитана. Немцев, на время своего переодевания, он уткнул мордой в стену, тем самым давая им надежду выжить. Если бы летающий демон не пытался скрыть лица, то свидетелей бы он точно в живых не оставил.

Казак в чёрной папахе на башке и солдатских портянках на ногах производил жутко дикое впечатление в кабине с лакированным полом и никелированными рамами иллюминаторов. Но на любезный жест капитана, взять его хромовые офицерские сапоги, казак пренебрежительно мотнул головой. Сын ведьмы парил в полусантиметре над полом и мог, в обмотанных портянками ногах, «пеши» долететь хоть до Берлина.

А вот от предложенных капитаном денежных ассигнаций налётчик не отказался, все немецкие марки выгреб из распахнутого настежь железного ящика. Алексей решил не тащить зимнюю одежду назад, а расплатиться с добрым крестьянином валютой. Прихватить с собой казак пожелал лишь странный фотоаппарат с большим объективом. Тут же нашлась и объёмная брезентовая сумка с отсеками, заполненными круглыми металлическими банками, как из — под леденцов монпансье, только больше. Фотограф испуганно замахал руками, когда казак хотел их открыть. Алексей не стал любопытствовать, ведь содержимое он видел колдовским зрением и сквозь жестяные коробки. В крупных банках рулонами намотана тонкая плёнка, в маленьких рассыпчатый порошок. С назначением трофеев пусть потом Семён разбирается. Алексей уложил в сумку странный фотоаппарат, в неё же засунул конфискованную лётную карту и реквизированный у капитана пистолет, вместе с кобурой и запасными патронами.

В лобовое стекло уже виднелись поросшие лесом отроги Карпатских гор. Алексей скорректировал курс воздушного судна, направив на далёкую голую вершину. Одинокий каменный пик, обглоданный ветрами и дождём, возвышался над частоколом леса, словно старая полуразрушенная башня великой крепости.

При подлёте к каменной вершине, капитан начал что — то блеять по — немецки, но прикосновение к шее холодной стали казацкого клинка обрубило все протесты. Пилот осторожно сбросил высоту и, поставив дирижабль носом по ветру, перевёл двигатель в реверсный режим. Лопасти винтов постарались погасить силу воздушного потока, но острые зубцы каменной башни угрожающе приближались. Немец опять попытался втолковать дикому казаку, что приземлиться на неровный выступ скалы невозможно. Дирижаблю нужна причальная мачта, чтобы прочно «заякориться», иначе порыв ветра опрокинет его. Несущая оболочка натянута на жёсткий металлический каркас, поэтому она сама не сдуется, и большая парусность сохранится даже после стравливания водорода в атмосферу. Но казак ничего не желал слушать, лезвие шашки надавило на плечо пилота. Он был вынужден подчиниться безумцу, осторожно подвести дирижабль к неровной каменной площадке на вершине голой скалы и сбросить стопорные якоря.

Как только капсулу сотряс сильный толчок, и её дно заскрежетало о камни, пилот полностью стравил водород из оболочки. Дирижабль на мгновение замер, потом под напором ветра накренился носом вперёд. Пилот упал на приборную доску, механик и фотограф ухватились за поручни, болтая башмаками в воздухе. Однако казак — демон сохранил вертикальное положение тела, хотя касался пола одними лишь пятками.