Книга Сын ведьмы, страница 87 – Александр Седых, Вячеслав Седых

Звуки ружейной стрельбы отдалились. Зато усилились крики. Алексей видел, что в палатке суетятся фигуры солдат. Рукопашной схватки не было, фигуры медленно бродили вдоль лавок с ранеными, словно выискивая кого.

Да что они там перебирают?! Всех подряд надо бинтовать, а не только своих близких товарищей. Алексей опалил огнём открытые раны пациента и решил навести порядок в палатке.

Резко распахнув дверь, рассерженный санитар выскочил наружу.

Звуки частой стрельбы затрещали с левой стороны, кажется, почти с вершины холма. Со стороны окопов оглушила гробовая тишина. А под шатром медицинской палатки хозяйничали… немцы!

На скрип дверных петель обернулся ближний тучный пехотинец. Из — под железной каски, с маленькими рожками по бокам (гайки, что ли накручены?), с толстой розовощёкой морды испуганно зыркнули свиные глазки. Увидев лишь безоружного парня в белом халате, немец зло ухмыльнулся и продолжил «чёрное дело»— с размаха вогнал длинный штык винтовки в живот сидящего у лавки раненого солдата. Не переставая скалить редкие жёлтые зубы, садист медленно, с наслаждением, провернул штык — нож, наматывая кишки русского. Урод мстил за свой мимолётный страх, и теперь с вызовом смотрел прямо в глаза обомлевшему пареньку. Тёплая мохнатая шапка русского уже грезилась немецкому бюргеру отличным трофеем.

Алексей замешкался лишь на пару секунд. Он ужаснулся: немцы успели исколоть штыками всех раненых! Последней жертвой пал унтер — офицер Берёзкин. Некстати, вспомнились пророческие слова о его гибель у порога медпункта, и растянутый брезентовый шатёр строителю не помог.

Рой мыслей пронёсся в голове Алексея. Откуда на позициях взялись немцы?! Неужели, вся рота Ширкова бесславно полегла?! Левый фланг батальона полностью открыт! Выходит, теперь он— последний боец!

Из ступора вывел Алексея хриплый стон умирающего Берёзкина:

— Бей!.. нелюдь… — выдавил вместе с кровью последний приказ унтер — офицер.

Имел ли ввиду Берёзкин, второй фразой, рогатых «цивилизаторов» или обращался напрямую к «тёмным силам», курирующим сына ведьмы? Ведь куцые рожки на железных касках «цивилизаторов» не могли соперничать с незримыми демоническими рогами любимца Мачехи Смерти. Но вот первая часть приказа была однозначной.

Лик казака окаменел. Чёрные угли зрачков засветились огнём. В душе Алексея вспыхнул дикий, неукротимый гнев, который разбудил дремавшую доселе дьявольскую Силу. Ощутимая волна земной дрожи прокатилась по заваленной трупами площадке.

Немец звериным чутьём понял, что страшный санитар сейчас с голыми руками кинется давить душегубов. Толстяк суетливо дёрнул винтовку на себя, намереваясь насадить сумасшедшего русского на длинный клинок штыка… Винтовка застряла в трупе!

Берёзкин намертво вцепился в ствол, не позволяя извлечь наружу штык.

Алексей, одним стремительным прыжком, оказался рядом с немцем и, ухватив руками за подбородок и затылок под каской с рожками, резко развернул башку задом на перёд.

Жирная шея противно хрустнула. Перекошенное лицо с выпученными глазищами напустило страха на замерших в стороне подельничков.

От толчка, штык винтовки дёрнулся. Берёзкин плюнул кровью и, разжав захват, уронил руки наземь. Голова откинулась назад, глаза солдата уставились на купол палатки, где когда — то витали миражи мечты.