Книга Сын ведьмы, страница 88 – Александр Седых, Вячеслав Седых

Оружие судьбы само упало в подставленные ладони Алексея. Он легко взмахнул им, и, как копьё, метнул в дальнего душегуба.

Винтовка отшвырнула ударом тело врага назад и, насквозь пробив штыком, пригвоздила к бревенчатой стенке. Пехотинец, словно серый жук, пришпиленный булавкой к бумаге, задёргал в воздухе лапками.

Остальные немцы очухались от шока, вскинули винтовки к плечу.

Сын ведьмы резко поднял вверх руки. Вместе с взмахом его ладоней, в воздух взвился наметённый пургой толстый слой снега. Белая снежная пелена закрыла видимость.

Дружно грохнул залп. Пули звонко цокнули о каменную стену медблока. Торопливо заклацали затворы, выплёвывая стреляные гильзы и досылая патроны в ствол.

Но выстрелов не последовало. Шум от движения затворов захлебнулся в предсмертных хрипах стрелков. Казак свалился им на голову из — под купола и чуток помахал засопожным ножичком. Алексею плотный туман— не помеха.

Снег мелкой белой пудрой медленно опустился на остывающие трупы.

Алексей тоже был с ног до головы запорошен снегом. Объёмная папаха придавала голове сходство со снеговиком. Только получился очень злой снеговик, с низко посаженными горящими угольками глаз и без красной морковки— лишь ледяная маска со щёлочками для глаз и рта. Сила гравитации держала снежинки на одежде, как приклеенные, а на лице снег превратился в ледяную корку.

На шум выстрелов уже спешила по ходу сообщения группа поддержки, в шинелях мышиного цвета. Первые пехотинцы в замешательстве остановились на пороге заваленной трупами площадки. Не сразу они заметили белого снеговика, вернее поняли, что это живое существо. Лишь когда чудище наклонилось, достав из — под лавки топор (Алексей посчитал это простое оружие более уместным в рукопашной схватке), до немцев дошло, что они вступили за порог царства нелюди. Но жуткий страх и нереальность всего творящегося намертво сковал солдат.

Алексей посчитал, раз цивилизационные правила на этой мировой войне больше не в чести, и можно добивать раненых, то и он не обязан более сдерживать в своей душе тёмные силы. Клин клином вышибают, а нелюдь нелюдью зашибают!

Алексей мысленно потянулся к телам павших в подлой резне товарищей. Хорошо знакомые ребята лежали так близко, что, даже под белым саваном снега, он различал контуры их лиц. Полевой шаман не мог уже докричаться до их улетевших душ, но позвать в последний бой тела погибших солдат он был в силах. Алексей простёр левую ладонь к ближнему телу, придал верхней половине туловища отрицательный знак гравитации, и первый русский солдат неуверенно, пошатываясь, встал на ноги. Через секунду из — под белого савана поднялось второе тело. Алексей отработал алгоритм, и русские солдаты начали вставать в строй массово. Они были без оружия и вначале не очень — то и напугали бывалых вояк. Но, взглянув в запорошенные снегом мёртвые лица, немцы ощетинились штыками.

Наконец на заснеженную сцену протолкался офицер с пистолетом и сразу вычленил из бутафорской толпы главного режиссёра спектакля, в костюме снеговика. Однако достать его выстрелом теперь оказалось делом непростым. Сектор обстрела закрыли сгрудившиеся мрачные фигуры, пошатывающиеся в воздухе, будто подвешенные к куполу брезентовой палатки на невидимых верёвках.

Офицер, не церемонясь, разрядил магазин пистолета в наглых клоунов.