Книга Пастырь, страница 152 – Александр Седых, Вячеслав Седых

В полночь, после удачного визита к Врангелю, Алексей направился на розыск своей «инвалидной команды». Окинув взглядом город с высоты птичьего полёта, заметил скопление электрических огней в пригороде. Колдовским зрением обнаружил медные обмотки двигателей и ёмкости со свинцовыми пластинами аккумуляторов. На сборной вышке вращаются лопасти ветрогенератора. Душа казака возликовала: «Свои!»

Ураганный ветер в лицо, и крутой спуск в центр лагеря.

Первым хозяина встретил сторожевой пёс, подбежал и, повизгивая, закрутился у ног волчком. От охраняемого периметра лагеря метнулся луч света ручного фонаря, выхватив из мрака ночи рослую чёрную фигуру.

— Батюшка Алексей?! — донёсся из темноты радостный возглас часового, и ритмично заплясал приближающийся луч фонаря.

— Тише, Федот, а то всех разбудишь, — узнал голос инвалида командир. — Созови командиров в штабную палатку, устроим летучку.

— Товарищ Волков ночует там, а остальных я мигом кликну, — торопливо захромал на искусном протезе часовой. Глядя со стороны и не скажешь, что полноги нет. Так, подранен слегка солдат, чуть шатает при ходьбе.

Дрессированный пёс напоследок ткнулся носом в ладонь казака и, вильнув хвостом, метнулся нести сторожевую службу.

Алексей с удовлетворением отметил хорошую организацию лагеря. Лишь минной полосы вдоль колючей проволоки не поставили, и пулемётную вышку не возвели, дабы белогвардейцев не раздражать. Зато колдовской взгляд отыскал в каждом углу лагеря заглублённые доты. Смотрящие в два направления амбразуры временно укрыты брезентовым полотном и замаскированы дёрном, а также крыша и бревенчатые скаты дзота. Вокруг палаток отсыпан полуметровый бруствер, и внутри каждой отрыт окопчик, застеленный откидным дощатым щитом. Лошади сведены в естественную ложбинку, и между, обрамляющими загон перевёрнутыми телегами, засыпан метровый слой грунта. Периметр лагеря освещён электрическими фонарями.

— А ведь отлично чертяки вышколены, — похвалил «инвалидную команду» блуждающий форвард. Радовало, что и без строгого догляда командира, дисциплина в лагере железная — бойцы не расслабляются даже в глубоком тылу. Оно конечно, рыть окопы электромашинами труд невеликий, но ведь всякому лень землю перекапывать зря. Значит, чтят заветы батюшки Алексея свято, да и сами уже понимают необходимость защитных мер. Казак почувствовал себя снова дома.

Ночное совещание было короткое. Андрей Волков отчитался по делам в хозчасти, Вито Лосано доложил о состоянии техники и электрики. За медицину успокоила бабушка Марфа. В отделе связи тоже в порядке: все радисты вовремя покинули отряды Махно и присоединиться к основному каравану. Анархисты не успели отреагировать на бегство «инвалидной команды». Спасённые парламентёры белогвардейцев обеспечили безопасный переход в Крым. А тут уж под свою опеку взял влиятельный однополчанин — Кондрашов.

— Андрюха, немедля отправь депешу в штаб контрразведки, — начеркал карандашом на листке бумаги короткий текст Алексей.

— Эт, мы мигом, ведь с Эдуардом Петровичем радиосвязь наладили, — похвалился Андрюха. — Флотские ему корабельную радиостанцию отдали, пока нет боевых действий на море.

— Толково придумал, — потрепал шевелюру помощника Алексей. — Эдак можно, наверняка, и с портом в Керчи связаться. Там тоже боевые корабли в охранение находятся. Но то уж завтра устроим, когда кодовый шифр от нашего контрика получим. Надо бы поставить текущие задачи Семёну, он в порту с казаками и евреями надолго застрял.