Книга Пастырь, страница 165 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Где ты, атаман, появляешься — там спокойная жизнь заканчивается. Уж слишком ты буйный казак, целый мир перевернуть норовишь.

— Хорошо, будем переворачивать по частям, — улыбнувшись, хлопнул товарища по плечу анархист. — Для начала поупражняемся на трофейном дирижабле. Давай оболочку на каркас натягивать и сшивать.

— Нет уж, на сегодня с меня хватит, — замахал руками уставший инженер. — Да и темнеет уже. Поужинаем, и спать.

— А э-э, — развёл руками обескураженный руководитель экспедиции. Без толкового завхоза, Алексей совсем забыл про пищевые припасы. Да и Лосано хорош — инструментами весь фюзеляж забил. — Ты, Вито, пока костерок разожги, а я за дичью в лес смотаюсь.

— Так тогда и дров притащи, — оглядел пустую каменистую площадку истопник.

— Вон, дрыналёт топором круши, — отмахнулся казак. — Всё одно уже не пригодится.

— Ладно, иди добывать провиант.

— Зачем идти? Я уж лучше полечу, — разбежавшись, спрыгнул с края обрыва летающий казак.

— Кажись, я в сказку попал, — Лосано удивлённо проводил взглядом рухнувшую в пропасть фигуру. Разум инженера упорно сопротивлялся до конца поверить в магию. Однако шума шлёпнувшегося о камни тела самоубийцы не послышалось — шаман ушёл на бреющем полёте. От казака — хищника зверушкам не убежать. Значит, надо спешно разводить костёр — мясо будет точно. Вито мотнул головой и саркастически хмыкнул: — Вот уж блин, индеец Зоркий Глаз и Верная Рука в одном флаконе.

Весь следующий день друзья провозились с материалом обшивки подъёмного баллона. Натянул ткань на металлические дуги Алексей играючи — у Ласано челюсть отвисла, когда он увидел, как шкура воздушного левиафана сама собой натягивается на железный скелет. А вот сшивать и проклеивать шов — работа кропотливая. Хорошо ещё, что шаман умел гравитационной силой прижимать края ткани и моментально высушивать клей. Весь привезённый рулон перкаля ушёл на заделку линии разрыва оболочки.

Ну, зато, когда дирижабль полностью восстановили и подняли в воздух, Вито охватил мальчишеский восторг. Из иллюминаторов гондолы открывалась потрясающая картина. Внизу проплывали поросшие лесом склоны Карпатских гор, иногда закрываемые редким белым туманом облаков. Мир, раскинувшийся под ногами зелёным ковром, стал огромным — горизонт раздвинулся, захватив часть неба. При этом ни ветер, ни холод не мешали взирать с высоты — красота и комфорт. Даже шум двигателя не отвлекал зрителя от созерцания, ибо Сын Ведьмы экономил топливо и вёл дирижабль вперёд лишь колдовской силой. Алексей совершенно не перетруждался, корабль сам держался в воздухе, нужно было только придавать объекту горизонтальный вектор гравитации.

В Румынии подзаправились керосином и помчались над облаками через всю Европу. Приземлились уже в окрестностях Барселоны. Здесь дирижабль пришлось разбирать полностью и нанимать грузовики для его транспортировки в порт.

Затем Лосано отправился навестить родных, Алексей же остался в Барселоне. Языковых проблем у казака не было, не зря столько времени изучал испанский: начинал упражняться ещё на фронте в окопах, практиковался уже в Макао, а оттачивал произношение в многолетнем общении с Вито Лосано. Чернявый казак даже внешне смахивал на коренного жителя Пиренейского полуострова. В облачении концертного костюма с карманом, оттопыренным пухлым кошельком, господин Ронин смотрелся солидно.