Книга Три солнца. Сага о Елисеевых. Книга I. Отец, страница 127 – Елена Бауэр

В марте парламент с его скандальным председателем Гучковым распустили. Думу III созыва возглавил Родзянко, что кардинально положения вещей не изменило.

Летом на каникулы приезжал Сережа. Три года его не было в России. Остановился молодой человек у матери. Виделся с братьями и друзьями, рассказывал про Японию, про учебу в Токийском императорском университете. Вспоминал тяжелый первый год, когда были сложности с пониманием лекций на японском. Как хотелось все бросить. Потом стало легче. Теперь он уже прекрасно владел языком. Григорий Григорьевич обо всем этом узнал от Пети. Встречаться с отцом Сергей не захотел. Сын отчасти казнил себя за то, что матери теперь приходится жить отдельно и почти не видеться с Мариэттой. Но более всего он винил отца.

Кроме всего прочего, политические взгляды Сергея не изменились и ему не хотелось тратить драгоценное время на споры с отцом, поддерживающим реакционное, по его мнению, правительство. Григорий также не рвался встречаться с Сергеем, понимая, что все непременно закончится скандалом. Он еще не простил сына за бегство в Японию и уж точно не готов был выслушивать его наивные политические измышления. А тем для горячих споров жизнь подкидывала массу.

В сентябре в Киевском театре на глазах у императора очередная попытка террористов убить Столыпина увенчалась успехом. Елисеев считал Петра Аркадьевича человеком блестящего ума, смелым, способным навести порядок в окружающем хаосе. Всей душой Григорий ненавидел бунтарей, которые залихватски, отчаянно, зайдясь в идеологическом фанатизме, взрывая бомбы и безжалостно убивая людей, тащили Россию в разверзшуюся адскую бездну.

Осенью сын Коля поступил на юридический факультет университета. Это решение, не получившее предварительного одобрения отца, стало поводом для очередного скандала, что становилось уже традиционным пунктом в повестке дня семьи Елисеевых. Григорий в ужасе понимал, что отсутствие наследника, которому можно передать торговое товарищество, реально даже при наличии пятерых сыновей. Потенциальных кандидатов осталось двое – Саша и Петя. Но младший явно был не из того теста – мечтал о сцене, любил петь и танцевать. Хорошо хоть без крайностей, как у младшего Юсупова. Надеяться можно было лишь на Сашу, который в тот год получал свидетельство Ларинской гимназии, однако тоже не демонстрировал интереса к делу Григория. Весьма зыбкая надежда.

* * *

Пришедшая зима заковала в лед реки и моря, а также заморозила торговые отношения между двумя большими странами.

Пока Гриша переживал о будущем своего детища, реальный удар был нанесен по бизнесу Мити. Случилось то, о чем его предупреждал Елисеев. США денонсировали торговый договор с Россией до его окончания. Основной ассортимент в Митиных лавках составляли американские товары, поставка которых теперь была под угрозой из-за возможной таможенной войны, которую активно лоббировали в Думе Гучков и многие другие депутаты. Неожиданный разрыв торговых отношений не раздевал Митю до последней нитки, ведь ему досталось огромное состояние при выходе из семьи, но повредил его торговле. Американский демарш усугубил раскол российского общества. Кто-то выступал за жесткие санкции против Америки, другие, напротив, призывали принять условия американцев. В итоге продажи стали падать, многие прежние покупатели отказались от товаров из США. Бежал и компаньон. Закретский, оправдавшись своим избранием в Думу, совсем отошел от дел. Ему категорически не хотелось ассоциироваться с торговлей американскими товарами в то время и в той атмосфере, царящей в Думе.