Книга Три солнца. Сага о Елисеевых. Книга II. Дети, страница 112 – Елена Бауэр

Через несколько минут, пройдя через ворота, подошли к дому, дверь которого открыл молодой, довольно красивый финн. Он проводил Елисеевых в большую комнату.

— Сегодня едва ли можно будет уехать. Лодка большая, тяжелая, а ветра совсем нет. Кроме того, не приехали остальные, которые обещали, так что только вас троих невыгодно везти, – сообщил Федор Карлович, отведя Сергея в сторону: – Вы как, все-таки хотите ехать? А то можно здесь обождать до завтрашнего вечера, здесь совершенно безопасно. Вы подумайте, а я еще раз пойду поговорю с лодочниками.

Пока проводники и контрабандисты совещались, Елисеев советовался с женой.

— Вера, будем настаивать, чтобы нас везли сегодня?

— Я не знаю, Сережа, мне кажется, что настаивать не надо, пусть уж они делают как им удобнее – это, пожалуй, спокойнее.

Как только Вера произнесла это, Сергей успокоился и вдруг понял, что страшно проголодался и безумно устал. Все тело ныло. Нужно было покормить детей. Достали черный хлеб, холодную вареную картошку и полфунта масла.

Вернулись Федор Карлович и хозяин.

— Они не хотят ехать. Опасно, – сказал молодой человек с легким финским акцентом.

— Что ж, раз так, мы подождем, – ответил Сергей.

— Я отведу вас наверх. Там есть, где спать. Только, пожалуйста, чтобы дети не шумели, в особенности, если внизу кто-то придет ко мне. Там вы проведете целый день. А завтра можно будет ехать. Мы вам дадим молока, хлеба и жареной картошки на сале, с голоду не умрете. Вы только не беспокоитесь. Мы уже второй год перевозим людей, и у нас никто не попадался. Для лодочников это уже тридцатый рейс. Они каждый камешек знают! Пойдемте наверх, я вам покажу комнату, и ложитесь спать, – успокаивал финн.

Его спокойный голос, крепкая фигура и ласковая улыбка вызывали доверие. Елисеевы совершенно перестали волноваться. Глаза слипались. Как только они поднялись наверх в небольшую мансардную комнату, моментально заснули.

VII

Нервы давали о себе знать. Сергей проснулся ни свет, ни заря и, пока все остальные досматривали сладкие утренние грезы, разглядывал причудливые тени листьев, отражающиеся на полосатых занавесках в лучах встающего солнца. Ему не верилось, что, возможно, уже этой ночью они будут в Финляндии. Как же хотелось, чтобы побег, наконец, удался. Серж старался гнать от себя страхи и сомнения. Вместо этого он стал вспоминать свой недавний разговор с Шурой. Сергей так и не понял, почему на самом деле брат отказался ехать. Казалось, он на ходу придумывал отговорки. Женя была беременна, и побег дался бы ей тяжело. Но, зная Сашину супругу, не было сомнений, что она справилась бы. Пожилой тесть, с которым они жили на набережной Фонтанки и которого якобы не могли бросить, тем более вряд ли мог быть истинной причиной. Что же держало Шуру в Советской России, Сергей так и не понял.

С Мариэттой Серж виделся, когда был в командировке в Москве. Он намекал ей о планируемом побеге, но она не проявила к этому ни малейшего интереса. Сестра была погружена в заботу о ребенке, который рос невероятно похожим на Глеба. Супруг заботился о ней, как о хрустальной статуэтке. Теперь Сергей не переживал на ее счет. Он оставлял Мариэтту в надежных руках, подумав, если позже будет возможность, он вызовет всех родственников к себе. Но сначала самому нужно было оказаться заграницей.