Книга Династия Дунканов, страница 30 – Дороти Дэниелс

— Это меня радует, — заметила я. — Сейчас буду.

Я замешкалась, снимая большой передник, надетый поверх платья, и смывая пыль с рук и лица, прежде чем поспешить в библиотеку. Клод непринужденно сидел за своим письменным столом, отклонившись вместе со стулом.

— Присядьте, моя дорогая, — пригласил он. Этим утром в нем не было ничего от обычной бесцеремонности. — Нам пора потолковать.

Мне было интересно, о чем же, и я повиновалась и села. Он покатал между пальцами свою обычную тонкую сигару, потом глубоко и задумчиво затянулся ею. Он медленно выпустил дым, между тем как его глаза пристально изучали мое лицо с почти смущавшим вниманием.

— Вы здесь вполне счастливы? — начал он.

— Да, сэр. Могу это сказать без каких бы то ни было оговорок.

— Я рад, Джена. Вы знаете, что я восхищался вашим отцом, вашей матерью тоже. Чувствую, что мой долг заменить их вам, если смогу. Следовательно, я хочу, чтобы вы обращались ко мне с любыми проблемами и за любым советом, который вам понадобится.

— Спасибо, мистер Дункан, — сказала я, не понимая к чему он клонит. Было несправедливо такими мыслями подвергать сомнению его явную доброту, но Клод был из тех, кто всегда имеет какой-то свой резон, и не в его привычках было помогать человеку, с которым имеет дело.

— Вам понравилась опера?

— О да, очень.

— Молодой дирижер, кажется, вам симпатичен? Или я ошибаюсь на этот счет?

— Думаю, вы правы, — прямо сказала я. — Я многим обязана ему. Самой жизнью, если говорить точно.

— Это единственная причина, по которой он вам нравится?

— Я нахожу его любезным и добрым человеком, способным далеко пойти в своем деле.

— Уж если он будет иметь успех в Новом Орлеане, то будет принят везде.

— И я молюсь о том, чтобы его успех превзошел его собственные ожидания.

— Довольно о нем. Далее. Как я понимаю, несколько дней назад вы были с Уолтером на прогулке верхом, и впечатления от нее оказались не таковы, чтобы вас порадовать. Это верно?

— Боюсь, что да.

— Мне известно, что произошло. Припоминаю, как он правил экипажем на пути в город в день оперы. Уолтеру нравится пугать людей и нравятся всякие выходки. Этот его недостаток мне не удалось в нем исправить, но это не умышленная жестокость.

— Искренне надеюсь, что нет, — сказала я, не сумев заставить себя солгать и полностью согласиться.

— Он очень огорчен, что вы больше не поедете с ним кататься.

— Но, мистер Дункан, я этого не говорила. Я даже не знаю, катался ли он с тех пор.

— Катался, и каждый день. Сегодня днем он выведет своего жеребца. Он не любит ездить в одиночестве. У меня нет времени, но если бы вы были так любезны…

Я не могла отказать ему в этом одолжении. Уолтер был себялюбив и невоспитан, он мало меня интересовал, но он не был и демоном. К тому же он был одним из значительных членов семьи, в которую, по всей видимости, я уже вошла.

— Я с радостью буду кататься с ним, — сказала я.

— Превосходно, — широко улыбнулся Клод. — Знаю, что этим мальчиком я еще буду гордиться. Он не лишен способностей. В конце концов, он мой сын.

— Уверена, что вы будете им гордиться, — сказала я.

— Конечно, буду. Однажды он унаследует все, что я имею, а это немало, как вы, вероятно, знаете. Итак, вы поедете с ним кататься?

— Я тотчас буду готова.

— Хорошо. Не говорите ему, что это я просил об этом. Он порой довольно-таки чувствителен к подобным вещам.