Книга Серебряная кожа. Истории, от которых невозможно оторваться, страница 48 – Элеонора Гильм

— Привет. Ты как? – Вета не могла резко оборвать разговор, детские обиды пора забыть.

— Да в норме! – Юлька придирчиво оглядела ту, кого она называла Колченожкой.

Розовый сарафан обнажал белые, еще не поцелованные солнцем руки Веты и скрывал искалеченную ногу. Пышные волосы, убранные в высокий хвост, блестели на солнце.

— Давай постоим, покурим, – Снегирева выдохнула прямо в лицо собеседницы едкий дым. – Ты в поряде, смотрю.

— Спасибо. Я домой вернулась. Отучилась на ветеринара, теперь здесь буду жить.

— А я от родаков из Норильска сбежала. Хату не продали, там теперь и живу. С Сережкой.

Зачем Юльке понадобились все эти разговоры? Они не были близки никогда. Скорее враги, чем друзья.

— С парнем живешь? Или с мужем? – отчего Вета задавала такие личные вопросы однокласснице, и сама не могла понять.

— Нет, с сыном.

— А-а-а.

— Он от Мишки. Вот так…

— Поздравляю.

— Че тут поздравлять? Папаша где-то прячется, придурок! Вот так, Колченожка.

— Все наладится.

— Издеваешься? Эт у тебя сказочки. Богатый дядя усыновил, тьфу, удочерил. Выучилась на своего долбаного вете…рана… веретинара.

— Юля, хватит уже! Тебе все мало?

— А я сына в детдом сдать хочу. Что скажешь?

Язык Юли заплетался. Что-то с ней было не в порядке.

— Ты не смей так делать. Слышишь, Юля, – Вета подошла к однокласснице ближе и схватила ее за руку.

Та подняла мутный взгляд когда-то ярко-голубых глаз.

— Может, и не сдам, – Юлька скрылась в киоске и загрохотала бутылками.

К вокзалу подъехала маленькая машина с надписью: «Такси днем и ночью», Вета загрузила сумки и облегченно откинулась на сиденье. Встреча с бывшей звездой 9 «А» напомнила про школьные дни, бесконечные насмешки и ощущение «я чужая».

Юля так быстро скатилась в пропасть, откуда почти нет пути назад, к нормальной жизни. Вета представляла, что ждет ее маленького сына. Пьяные скандалы, ругань, голодное детство. Однажды он окажется в том же приюте, где коротали дни и ночи Вета, Маша и сотни других несчастных детей.

— Куда едем-то?

— На Пихтовую, 30. Домой.

Месяц назад дядя Саша сделал ремонт и съехал. Вета пыталась убедить друга, что возвращаться в пустую квартиру неприятно. Но он сделал по-своему.

43

— Привет, дочь моя, – уже давно он шутливо так называл Вету.

Дядя Саша с удовольствием рассматривал тонкую фигурку в легком сарафане, пушистое облако волос и радостную улыбку.

— Как на работе? Нравится?

— Там так интересно… А Роман Эдуардович рассказал столько всего! Опытный специалист, мне повезло.

Юную выпускницу с красным дипломом взяли в клинику, на вывеске который был изображен крепыш в белом халате, окруженный веселыми зверушками.

— А сколько лет-то опытному?

— Ну… лет двадцать пять.

— Все понятно с вами, барышня. Молодой наставник.

— Да ну, дядя Саша. Не дразни. Ничего такого, – но румянец на щеках «дочки» говорил о другом. – А ты? Я слышала женский голос, когда разговаривала…

— Я обязательно вас познакомлю. Думаю, она тебе понравится. Умница, и пироги печет отличные, – Александр Николаевич перевел разговор на другую тему. – Как пациенты? Слушаются?

— Куда они денутся? Ты знаешь, Катя принесла свою морскую свинку, решила меня поддержать как молодого специалиста. Дусю я могла и на дому осмотреть, но где ж Трофимову переубедишь? Упрямая, юрист из нее получится хороший.