Книга Просто Марго, страница 31 – Елена Скаммакка дель Мурго

Молодые супруги Савулиди были очень счастливы. Александра очень любила своего мужа, но, несмотря на это, все же отстояла свое право не менять девичью фамилию и по-прежнему оставалась Юдиной. Поначалу Василий на нее злился и обижался. Но позже на досуге поразмышляв, понял, как для его жены, оставшейся совсем одной, без своих близких, важно было сохранить что-то свое, личное. Конечно, Василию перед своими здешними греческими родственниками было немного стыдно, что жена не носила его фамилию, да и что дом тоже был куплен на ее деньги, вернее даже на деньги его тещи. Это сильно било по его мужскому самолюбию, но он и здесь повел себя мудро и благородно.

А сам себе строго наказывал:

«Я должен, просто обязан в короткое время выучиться и стать на ноги! Чтобы моей жене никогда не было стыдно за меня, и она никогда ни в чем бы не нуждалась»!

Дом же они выбрали себе просторный и красивый по удивительно низкой цене. Найти в тот исторический период подходящее жилье в Батуме было несложно: многие местные аристократы и зажиточные аджарско-грузинские семьи, испытывая страх перед новой властью, побросали свои жилища, бежав за границу. По этой причине домов на продажу было выставлено множество. Но по ходу выбора дома у Александры и Василия возникли некоторые разногласия, чуть не приведшие к большой ссоре. Мнения молодоженов не сходились по поводу названия улицы.

— Смотри, Сашенька, какой красивый и в то же время скромный дом продается на улице Пролетариев. И адрес подходящий, так сказать, соответствующий современному моменту. – Василий уже чувствовал себя настоящим коммунистом и хотел окружить себя всем тем, что связывало его с этой идеологией.

— Ты, Василий, говоришь словами этих красных комиссаров, зазывающих народ в их коммунистическую партию!

— А что в этом плохого?! Вся власть рабочим и крестьянам! И всем по справедливости!

— Угу… Нет, Василий, ты знаешь мое отношение к большевикам, поэтому даже не проси меня жить на улице под таким названием, – категорично заявила жена.

«Ох, уж эта мне голубая кровь! Правильно дядька мне перед женитьбой говорил, намучаешься ты еще с ней! Все равно это мелочи жизни, мне не следует забывать, что Александра ради меня отказалась от благополучной и богатой жизни! Пока что я ей всем обязан, а не она мне! А будущее покажет!»

И, поцеловав свою драгоценную, с присущим ему юмором, спросил:

— А ты, любовь моя, на какой улице будешь себя лучше чувствовать? Под названием типа «император Николай» или «имени наследника Алексея»?

— Да ну тебя, брось ты свои шутки, Василий! Нет таких улиц в городе, и ты это прекрасно знаешь! Вот, например, подходящие названия, и там тоже продаются дома: улицы Шереметьева или Суворова.

— Нет, нет и еще раз нет! Эти граждане были тоже из благородных, а я не хочу, чтобы нас что-то связывало со старым режимом. И вообще, я считаю, что все эти улицы надо переименовать! – не уступал супруг.

— Какой ты, Васечка, все же, неуступчивый! – любя, упрекала его жена. – Я знала, что ты не согласишься, и поэтому у меня на этот случай имеется еще один запасной вариант: купим дом на улице Московской.

— Ладно, давай на Московской, пойдем уже скорей смотреть дом! – безнадежно махнув рукой, уступил жене Василий, даже не предполагая тогда, какую роковую роль сыграет это название в судьбе их дочери Маргариты.