Книга Леди-чертовка, страница 102 – Лиза Клейпас

Вдруг его внимание привлек странный тихий звук, точнее, целая серия звуков: что-то вроде писка резиновых игрушек, из которых выпускают воздух. Озадаченный, он взглянул вниз и увидел у своих ног трех черно-белых котят.

Феба рассмеялась, увидев его лицо:

— Они тоже обожают оранжерею!

Радостное удивление осветило лицо Уэста, когда гладкошерстная черная кошка бесшумно выскользнула из-за пальмы и принялась тереться о юбки Фебы.

— Бог ты мой! Галоша?

Феба нагнулась и погладила животное по блестящей черной шерстке.

— Верно. Обожает ходить сюда и наводить страх на золотых рыбок. Нам пришлось прикрыть пруд проволочной сеткой.

— Значит, когда я тебе ее отдал… – медленно начал Уэст.

— Всучил, – поправила Феба.

— Всучил, – покаянно согласился Уэст. – Она уже была…

— Вот именно, – сурово кивнула Феба. – Была троянской кошкой.

Уэст старательно делал вид, что ему стыдно.

— Я понятия не имел…

Ее губы дрогнули в улыбке.

— Ты прощен. Она оказалась очень милой компаньонкой. А котят обожают мальчики.

Один котенок попытался вскарабкаться по ноге Уэста, цепляясь за штанину, но тот оторвал его от себя и аккуратно опустил на пол.

— Так что же, идем во флигель? – предложила Феба.

Уэст, зная, что не сможет доверять себе, если они с Фебой окажутся вблизи спальни, предложил:

— Давай немного побудем здесь.

Феба послушно села на каменные ступени мостика через пруд с золотыми рыбками, расправила юбки и сложила руки на коленях.

Уэст сел рядом, на ступеньку ниже, чтобы их лица находились на одном уровне.

— Расскажешь, что у тебя произошло с Эдвардом Ларсоном? – попросил он, стараясь не особенно высказывать заинтересованность.

На лице Фебы промелькнуло облегчение, словно она получила разрешение сбросить с плеч тяжелую ношу.

— Прежде всего пообещай не говорить о нем ничего оскорбительного?

Уэст закатил глаза.

— Феба, ты требуешь невозможного! – Но потом, поймав его укоризненный взгляд, все же со вздохом сказал: – Обещаю.

Рассказывая о своих сложностях с Эдвардом Ларсоном, Феба явно старалась оставаться спокойной, но в ее тихом голосе все же чувствовалось напряжение.

— Он не хочет говорить со мной о делах в поместье. Я много раз пыталась, но он не желает ни делиться сведениями, ни обсуждать планы или идеи по улучшению хозяйства. Говорит, что мне слишком сложно будет в этом разобраться, что не хочет взваливать на меня ответственность, что все и так идет как нельзя лучше. Но чем больше он меня успокаивает, тем сильнее я беспокоюсь и досадую. Дошло до того, что я просыпаюсь среди ночи с сильным сердцебиением, охваченная тревогой.

Уэст взял ее руку, чуть пожал холодные пальцы. Хотелось придушить Ларсона за то, что заставил эту женщину испытывать тревогу.

— Мне стало трудно ему доверять, – продолжила Феба. – Особенно после истории с гроссбухами.

Уэст бросил на нее острый взгляд:

— А что с ними такое?

Пока рассказывала о том, как Эдвард без разрешения увез бухгалтерские книги из поместья и три месяца под разными предлогами отказывался вернуть, Феба не на шутку разволновалась.

— В общем, пришлось самой отправиться в его городскую контору и их забрать, хотя ему это наверняка не понравится.

Уэст медленно погладил ее ладонь, проскальзывая в ложбинки между тонкими пальцами.

— Никогда не игнорируй свою интуицию, если она тебе что-то подсказывает.