Книга Леди-чертовка, страница 105 – Лиза Клейпас

— Хорошо. Спасибо, Эрнестина.

— И если желаете, миледи, я скажу няне, чтобы сегодня накормила малышей завтраком в детской, а сами подойдете попозже, к чаю.

Феба улыбнулась:

— Я очень ценю, что первое, о чем ты подумала, это как уберечь меня от необдуманных поступков или помочь их скрыть.

Служанка ответила ей нарочито вежливо:

— Миледи, вы всего лишь хотите подышать свежим воздухом. Ума не приложу, что в этом неприличного?

К тому времени когда Феба вышла из зимнего сада и направилась по тропинке к гостевому флигелю, солнце уже позолотило листья и ветви самшитовой живой изгороди и залило розовым светом стекла в оконных рамах. С собой Феба несла закрытую корзинку и шла так быстро, как только могла, чтобы не производить впечатления спешки.

В гостевой флигель она дважды быстро постучала, вошла и, не дожидаясь ответа, негромко произнесла, прикрыв за собой дверь:

— Доброе утро!

Флигель, как и особняк, Феба обставила по-новому. Гостиную со светло-зелеными стенами и свежеоштукатуренным белым потолком с позолоченной каймой наполнял аромат свежих цветов из вазы на столике атласного дерева у дверей.

Из спальни вышел Уэст, и, увидев Фебу, в недоумении склонил голову. В комнате с низким потолком он казался еще выше, а расстегнутая рубашка и закатанные рукава, обнажавшие волосатые руки и грудь, придавали ему невероятную мужественность. Сердце Фебы забилось еще сильнее при мысли, что не произойдет то, чего она так хотела. Жить дальше, так и не познав близость с этим мужчиной, казалось ей настоящей трагедией.

— Я принесла принадлежности для бритья, – объяснила она свой визит, указывая на корзинку.

Уэст не двигался с места, обшаривая ее медленным жарким взглядом. Феба пришла в домашнем платье, которое не требовало корсета и застегивалось всего на несколько пуговиц и отличалось от халата лишь круглым вырезом, отделанным белым брюссельским кружевом.

— Благодарю, хотя и не ожидал, что это принесете вы сами. Прости, что доставляю проблемы.

— Вовсе нет. Ну, как спалось на новом месте?

Уэст улыбнулся, словно раздумывая над ответом:

— Неплохо.

— Кровать не слишком мягкая? – зачем-то уточнила Феба. – А может, напротив, жесткая? Хватает ли подушек?..

— Все прекрасно во всех отношениях, – прервал Уэст словесный поток. – Лучше не бывает. Вот если бы еще сны не беспокоили…

Феба нерешительно шагнула к нему и, протянув корзинку, выпалила:

— Это бритва Генри. Буду рада, если ты ей воспользуешься.

Уэст в ужасе уставился на нее.

— Спасибо, но я не могу…

— Это шведская бритва из высококачественной стали, острее дамасского клинка. Для такой бороды как раз то, что надо.

Невольно фыркнув, Уэст потер подбородок:

— Ты прямо знаток брадобреи.

— Именно так, – спокойно ответила Феба, – я довольно часто брила Генри, особенно ближе к концу. Никто, кроме меня, не смел к нему прикасаться.

Свет, падавший на верхнюю часть лица Уэста, засверкал в его синих глазах какими-то неземными искрами, и он мягко заметил:

— Ты была хорошей женой.

— И многому научилась. – Гордая улыбка тронула ее губы, когда она призналась: – Мне к тому же очень нравится брить, обожаю эти звуки.

— Звуки? Какие звуки?

— Шорох лезвия по намыленной щетине. От этого у меня мурашки по спине бегут.

— Никогда не чувствовал ничего подобного! – рассмеялся Уэстон.