Книга Леди-чертовка, страница 111 – Лиза Клейпас

Когда голод сделался невыносимым, она скользнула рукой к треугольнику влажных волос, чтобы самой доставить себе удовлетворение, но Уэст ловко поймал ее запястье и отвел в сторону; она не столько услышала, сколько ощутила всей своей пылающей плотью его смех. Несомненно, он этого ждал: разумеется, понимал, какой сладкой муке ее подвергает. Едва не теряя разум от неутоленной жажды, она выдохнула:

— Слишком… долго…

— О, да ты у нас знаток! – усмехнулся Уэст, перебирая пальцами ее кудряшки.

— Не могу… ждать…

— Можешь… Я так хочу. – С этими словами он осторожно раздвинул складки, обнажив пульсирующий бутон, и подул на него.

— О, пожалуйста… Уэст, я не могу… прошу тебя, прошу…

Его чуть шершавый, необычайно гибкий язык скользнул именно туда, куда она хотела, обвел бугорок кругом, лаская и пробуя на вкус, а затем стал ритмично лизать. Один палец уже был у нее внутри, там, где отчаянно сжимались мускулы. Огонь охватил ее, необычайные ощущения вспыхнули в каждой клеточке тела. Она отдалась ему всем своим существом, чувствуя лишь то, что он побуждал ее чувствовать.

А потом она как будто лишилась сознания: не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, от избытка ощущений кружилась голова. Лицо было мокрым от испарины и, быть может, от слез, и Феба ощутила, как Уэст осторожно промокает влагу краем простыни. Она прижималась к его мощной волосатой груди, а он бормотал ей на ухо что-то успокаивающее, гладил по волосам, водил ладонью по спине до тех пор, пока ее дрожь не утихла.

Он ненадолго встал, а она перевернулась на живот и потянулась, как кошка, разве что не мурлыкая. Никогда еще она не ощущала себя настолько удовлетворенной и полной блаженства.

Вернулся Уэст уже полностью обнаженным. Феба хотела перевернуться, но он оседлал ее бедра и слегка надавил на спину, молчаливо приказывая оставаться лицом вниз. Она лежала неподвижно, остро ощущая тугие мышцы его ног, грубые волоски на бедрах и шелковистую тяжесть его естества, мощного и твердого, упиравшегося ей в ягодицы, а потом услышала, как он откупоривает флакон.

Теплые сильные руки принялись растирать ей спину, и ноздри окутал аромат миндального масла. Сперва он размял ей плечи, потом двинулся вниз по обеим сторонам спины, снимая напряжение и посылая по телу волны удовольствия. Феба тихо застонала. Никто и никогда еще не делал ей массаж: она и не догадывалась, что это так приятно. Его ладони снова переместились к плечам, а возбужденное естество скользнуло по ложбинке меж ягодиц. Несомненно, ему тоже это нравилось, и он не считал нужным это скрывать. Нижнюю часть спины и женственные изгибы ягодиц он разминал особенно тщательно, усиливая давление, пока напряженные мышцы не расслабились полностью.

Одна его рука скользнула к ней меж бедер, обхватила пушистый холмик, кончики пальцев пробрались внутрь и потеребили набухшие складки вокруг бутона, не касаясь его. От нескольких восхитительно легких движений у нее перехватило дыхание. Уэст пробрался ко входу в ее тело, обвел кругом влажное отверстие, а затем один за другими его пальцы начали постепенно, но настойчиво протискиваться внутрь, растягивая ее.

Ее тело пыталось противиться вторжению, но Уэст был так нежен, его пальцы казались водорослями в медленно текущей воде. Феба слегка раздвинула ноги, а скоро ощутила и желание толкнуться вверх, чтобы он наконец вошел в нее, приподняла бедра, и что-то у нее внутри распахнулось и натянулось, чтобы его обхватить. Уэст хрипло прошептал ее имя, явно наслаждаясь своими ощущениями: пальцы его изгибались и извивались с изяществом Протея^[4]. Уткнувшись горячим лицом в прохладные льняные простыни, Феба ахала, стонала, извивалась и выгибалась ему навстречу.