Книга Хранитель сокровищ, страница 154 – Дебра Дайер

— Но это избавило бы тебя от сомнений, — заметила жена.

— Я нисколько не сомневаюсь в том, кем я был, — резко ответил он. — Но не в том, кто я есть сейчас.

— Ты — Пейтон Тревелиан, — повторила Элизабет, начиная терять терпение. — Здесь твой дом, твоя семья. Но ты слишком упрям, чтобы это признать.

— Это ты слишком упряма, если не хочешь понять: я не могу назвать это место своим домом, каким бы ни было мое имя, — воскликнул Эш.

Глаза Элизабет сверкнули гневным блеском.

— Если бы ты перестал искать причины, по которым не можешь этого сделать, до твоей упрямой головы давно дошло бы, что Четсвик — твой дом.

Эш с угрожающим видом направился к жене, чувствуя в себе пробуждающегося зверя. Ей давно пора показать, за какого хищника она вышла замуж; тогда у нее, наконец, отпадет охота превращать его в ручного домашнего котенка.

Глаза Элизабет широко раскрылись. Эшу даже показалось, что он слышит, как внутренний голос Элизабет, голос разума, подсказывает ей, что надо повернуться и бежать от него со всех ног. Стремясь сильнее напугать жену, Эш зло прищурился. «Она должна убежать, — твердил он себе. — Должна убежать от меня, как можно подальше, пока есть такая возможность».

Элизабет стало страшно. Она поняла, что разбудила спящего свирепого льва. Он надвигался на нее, сжав губы и зло поглядывая. Любая женщина давно подхватила бы юбки и пулей выскочила из комнаты. Но Элизабет даже не сдвинулась с места. Она не хотела показать, как просто ее напугать. А он продолжал наступать медленной и грациозной поступью хищника, от которой кожу пробирал мороз.

— Не забывай, я не один из твоих утонченных джентльменов, — прошипел Эш. — И каким бы, черт побери, ни было мое имя, сам я не изменюсь.

Элизабет попятилась, прижавшись к письменному столу. Она вскинула голову, не желая выглядеть в его глазах трусихой.

— Даже у льва есть дом и семья, — решительно сопротивлялась она.

— Его собственные дома и семья, — уточнил Эш.

— Но ведь ты родился в этом доме, — горячо воскликнула Элизабет. — И здесь сейчас живет твоя семья.

— Я никогда не стану тем блестящим джентльменом, которым вы все хотите меня сделать, — гневно сказал он.

Элизабет старалась сохранить спокойствие.

— Никто не хочет делать из тебя того, кем ты не являешься, — устало возразила она.

— Черта с два, вы все этого только и ждете! — С этими словами он опустил руку на шею жены и пощекотал длинными пальцами.

Прикосновение вызвало во всем его теле приятную дрожь и напомнило о жарких ласках. Эш любил ее каждую ночь, но объяснял это себе только похотью. Он по-прежнему хотел, чтобы Элизабет чувствовала себя проституткой, продающейся очередному клиенту.

Но что бы он ни говорил и каким бы равнодушным ни казался, его настоящие чувства к ней ощущались в каждом прикосновении, ласках и поцелуях. Возможно, он пока ее не любил. Но он хотел ее и страстно желал взаимности, когда овладевал ею.

— С первого дня нашей встречи ты упорно стараешься сделать из меня того человека, чей образ не выходит у тебя из головы вот уже двадцать лет, — холодно бросил Эш.

— Нет, это не так. Я только пытаюсь помочь тебе найти дорогу домой. — Элизабет знала, как стремится все нутро этого человека к добру и нежности, хотя он ни за что в этом не хотел признаваться.