Книга Благовест, страница 63 – Алиса Клима

Ларионов промолчал, снова призывая на помощь спокойную концентрацию на деле, отметая чувства в момент опасности для своих.

— Может, у вас есть подозрения, кто из подчиненных не согласен с вашим руководством? Я хотел бы помочь выявить негативно настроенных сотрудников.

Ларионов пожал плечами и принялся есть хлеб с салом, жестом предложив Красину присоединиться.

— Не могу знать, – ответил он непринужденно. – Этот состав работает давно и достаточно слаженно. Не имею оснований подозревать в таком ни единого сотрудника… У вас есть возможность побеседовать с каждым индивидуально. Возможно, так сложится более ясная картина.

Ларионов не мог не идти на риск во имя спасения ситуации и своих людей – пришло время жертвовать конем, чтобы вывести пешку в дамки. Радовался, что практически весь контингент корпел на делянке, и Красин не мог копаться хотя бы днем в этих сложных связях на зоне.

Красин прищурился и задумчиво, не без уважения изучал Ларионова.

— Это разумное предложение. С кого можем начать? И где будем говорить?

— Можно идти по званию и должности – от высшего к низшему, – предложил Ларионов, понимая, что настало время для навигации процессом. – Самое спокойное и теплое место тут. Предлагаю оставаться в бане. Кузьмич! – позвал он, и из-за двери показался Кузьмич, который, как считал Красин, еще недавно ошивался у собачьей будки.

Красин не знал, что Кузьмич давно освоил азы шахматных партий с проверяющими.

— Ступай к Грязлову и скажи, что я приказываю по званию сверху вниз явиться сюда всех сотрудников для беседы с товарищем майором. И Губиной так и передай, что это очень важно для всей администрации, не исключая гарнизона, вплоть до последнего рядового. Каждого, кто вчера был на вечернем построении.

— Так точно, – не медля с ответом, сказал Кузьмич, который всегда внимательно слушал не только то, что говорил ему хозяин, но и то, как он это говорил. И даже как при этом смотрел или молчал.

— Что ж, – улыбнулся Ларионов. – Начнем?

Красин замешкался и вопросительно уставился на Ларионова.

— Самый старший по званию тут я, – спокойно сказал Ларионов. – Значит, беседу надо начинать с меня. Заодно скоротаем время, пока организуются сотрудники.

Красин неприятно засмеялся.

— А вы все-таки шутник, товарищ Ларионов. Но раз уж вы настаиваете – давайте начнем с вас.

— Начальник с утра заперся с этим фраером в бане, – тихо говорила Клавка Вере, чтобы их не услышали «опущенные», убиравшие сортир, куда Вера и Клавка были определены по приказу Ларионова смотрящими.

— Мне не по себе. Опасный тип, – прошептала Вера.

— С чего ты взяла? Вертухай обычный.

— Чувствую. В нем есть что-то натужное и болезненное… Скорее бы уехали!

В нужнике стоял невыносимый острый запах аммиака. В сухую ветреную погоду сортир так не смердел. Теперь же тут стало особенно тяжко. Девушки сидели в рукомойной в косынках вместо масок, чтобы не так драло глотку.

Мыть отхожие места среди зэков слыло за «западло»: так можно было докатиться и до касты «опущенных». Но контролировать работу «западло» не считалось. Ларионов выдал наряд, содрогаясь от чувства вины. Но знал, что сортир в сложившейся ситуации служил наиболее безопасным укрытием.

— Что с нашим планом? – спросила Клавка.

Вера подобрала юбку под коленки, села на корточки у стены и вздохнула.