Книга Горничная революции, страница 10 – Андрей Грантс

Стоило Четвертой снова подумать об этом, как в ее голове возник портрет Эдварда. Сердце пропустило удар, и девушка чуть не свалилась на пол. Она, спотыкаясь, подбежала к умывальнику, набрала в ладони горсть воды и брызнула ее себе в лицо.

— Свали из моей головы, кудрявый! — повторяла Четвертая из раза в раз, пока била себя по голове.

Кухарка стояла в стороне и вовсе не выглядела удивленной, словно подобное происходило уже не в первый раз.

После обеда, когда Четвертая закончила уборку на кухне, у нее появилась свободная минутка на отдых. Девушка вышла через черный вход, чтобы подышать свежим воздухом. На улице взгляд Четвертой сразу упал на две фигуры, стоящие неподалеку от леса. Она подошла чуть ближе и увидела, что это были Генри и Эдвард, которые устроили между собой дуэль на шпагах.

Сцена перед ней будто сошла со старинной картины: мечи сверкали на солнце, прорубая все пространство вокруг, а движения мужчин были быстрыми, точными и одновременно плавными и легкими. Складывалось впечатление, будто они вовсе не сражаются, а танцуют в дуэте.

Оба были одеты во что-то легкое, что не сковывало их движения и что не жалко было бы испачкать. Четвертая не особо разглядела, что было надето на Генри, так как ее взгляд был прикован к Эдварду. На нем были простые льняные брюки и легкая белая рубашка с закатанными рукавами, а две расстегнутые пуговицы сверху так и манили заглянуть под одежду. Рубашка была довольно свободной, поэтому каждый раз, когда Эдвард замахивался или делал удар, открывался вид на некоторые части его стройного, но весьма подкачанного тела.

Каждое движение Эдварда в этой легкой одежде подчеркивало его силу и гибкость. Четвертая не могла оторвать взгляда от того, как его тело работало в унисон со шпагой. В бою Эдвард сливался со своим оружием, становясь с ним одним целым, что и позволяло ему так искусно парировать удары Лоуэлла.

Генри, напротив, выглядел более утонченно и сдержанно. Он, обладая явно больши́м опытом, сражался увереннее Эдварда. Его движения будто сошли со страниц учебника по фехтованию. Своим стилем боя Лоуэлл показывал, что опыт и дисциплина не менее важны, чем сила и упорство.

Четвертой пришла идея принести освежающие напитки, чтобы подобраться к ним поближе и рассмотреть дуэль как можно лучше. Девушка забежала на кухню, смешала лимонный сок и сахар в охлажденной воде и добавила листочек мяты сверху. Она поставила стаканы на поднос и вернулась на улицу.

Четвертая чуть ли не бежала, чтобы успеть дойти до мужчин. Пока девушка стремительно приближалась к дуэлянтам, она продолжала внимательно следить за ходом боя.

Дуэль была интенсивной. Эдвард часто делал рискованные выпады, стремясь перехватить инициативу, а Генри только и делал, что защищался, отражая атаки молодого господина и используя его же агрессивность против него. Когда Эдвард выдыхался, Генри переходил в наступление: каждое движение — шаг вперед, выпад, парирование — казалось частью заранее продуманного плана.

Лоуэлл сделал шаг влево, чтобы сбить с толку противника, и мгновенно нанес быстрый укол, который Эдвард едва успел парировать. Звон металла разнесся по двору, отражаясь эхом от стен особняка. Эдвард, не теряя времени, сделал быстрый контрвыпад, стараясь поймать Генри на развороте, но тот легко ушел в сторону, будто предвидя каждое его движение.