Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 243 – Анне Якобс

— Два маленьких Моцарта, – ласково произнесла тетя Эльвира.

Додо кричала «Гип-гип-ура!», и Хенни поддерживала ее, пока тетя Китти не приказала ей наконец замолчать. Тетя Китти сегодня действительно была не в духе, иначе она едва ли сдерживала свой восторг по поводу «обоих чудо-мальчиков». Зато папа подошел к ним, пожал руку Вальтеру, госпоже Гинсберг и наконец ему и вручил подарки.

— Я сегодня цветочница.

Все засмеялись, даже маме это показалось смешным. Хотя только госпожа Гинзберг получила букет цветов, Вальтеру и ему достались билеты на концерт в Людвигсбау в Штадтгартене. Там выступал пианист Артур Шнабель. Как сказала госпожа Гинзберг, он был не только пианистом, но и сам сочинял музыку. Лео очень обрадовался, потому что это было именно то, чем он хотел заниматься в будущем.

Также каждому дали порцию мороженого, которое Брунни всегда делала в холодильном шкафу, и на этот раз с вишневым вкусом.

Им разрешили добавить в него несколько капель яичного ликера сверху, и Хенни всерьез пыталась уговорить Вальтера отказаться от своей порции. Но тетя Лиза была рядом, и этот номер не прошел.

Доев мороженое и поставив стеклянные чаши на поднос, который госпожа фон Доберн держала перед их носом, они взяли ноты и хотели бежать в кабинет, потому что Вальтер оставил там футляр для скрипки. В коридоре все еще стояли Брунни с Эльзой, Герти и даже Юлиус, потому что они слушали концерт отсюда.

— Так прекрасно, – повторяла Брунни.

Они были очень тронуты и радовались, потому что прислуга говорила эти слова всерьез и не льстила, как делали родственники. Когда они снова побежали на кухню, Лео хотел пойти с Вальтером в кабинет, но остановился, потому что услышал голос тети Китти из зимнего сада. Он звучал очень сердито.

— Иди вперед, – велел он Вальтеру. – Я скоро буду.

Вальтер сразу все понял и скрылся в кабинете. Лео осторожно подошел к двери зимнего сада и остановился.

— Ты мне ничего не сказала. Совсем ничего. О, как ты могла так струситьступить! – пылко воскликнула тетя Китти.

— Я пыталась, Китти. Но ты не давала мне сказать ни слова.

Ага, это была тетя Тилли. Наверное, она была права – в разговоре с тетей Китти часто было трудно вставить даже слово.

— Просто поставить меня перед свершившимся фактом, – всхлипывала тетя Китти. – Когда мы договорились, что ты переедешь в Аугсбург, как только сдашь свои экзамены.

На мгновение воцарилась тишина. Тетя Тилли, видимо, попыталась обнять Китти, потому что та тут же закричала.

— Не трогай меня, лживая змея! Ты еще натерпишься от этого ничтожества. Хорошо: он много помогал тебе, снял тебе квартиру и заботился о тебе. Может быть, он еще и хороший любовник? Да?

— Пожалуйста, Китти. Мы договорились о браке по расчету. У нас не будет детей. Ты знаешь, что в глубине души я все еще привязана к другому человеку.

Сейчас Лео уже плохо понимал, о чем они, просто ему стало ясно, что такие вещи, как «помолвка», «брак», «любовник», «сердце» и «разум», были сложной и непонятной конструкцией. Это скорее что-то для девушек и женщин. Вообще-то он мог бы покинуть свой тайный пост прямо сейчас, но ему было жалко тетю Китти. Она была самой красивой из всех его тетушек и всегда такая веселая.

— Но зачем ехать в Мюнхен? – плакала она. – Я могла бы поселиться и здесь в доме. И теперь вы еще хотите забрать мою дорогую Гертруду.