Книга Девушка с характером, страница 161 – Анне Якобс

— Ну-ну… Раньше ты по-другому со мной разговаривала.

Она затащила его по узкой лестнице на четвертый этаж, проверила, все ли тихо, и вытолкала в коридор. Вряд ли сейчас, днем, на этаже для прислуги кто-то есть. Но лучше проверить.

— Заходи сюда!

Споткнувшись, он ввалился в спальню, и пока камеристка тихо и тщательно закрывала за собой дверь, нахально уселся на кровать. Йордан немедленно приказала ему встать с чистых простыней: посмотрел бы на себя, ведь весь в грязи, небось только из канавы.

Он послушно поднялся, сально ухмыльнулся и спросил, ее ли это постелька. Нет? А чья? Какой-нибудь милашки? С изящными бедрами и круглой грудью. И где она сейчас?

— Прикуси свой поганый язык, страхолюдина. А то сдам в полицию.

На какое-то мгновение угроза подействовала, и Мария поняла, что у него, верно, были все основания бояться полиции. Но он был слишком умный, чтобы поддаться на эти уловки.

— Если сделаешь так, Мариэла, твои хозяева узнают много нехорошего про тебя. Я-то отлично помню, как ты стояла на сцене в короткой юбке и махала ногами…

Она была у него на крючке. При этом прошло столько времени, что все сказанное было почти неправдой. Ей было семнадцать, она танцевала в берлинском варьете, исполняла куплеты с одним актером и выступала в небольших сольных номерах. Там и закрутилась их любовь – молодцеватого ефрейтора Йозефа Хоферера и изящной танцовщицы, тогда ее называли Мариэлой. Он сломал ей жизнь: она забеременела, танцы пришлось бросить, случился выкидыш. Тогда наш франт Йозеф и покинул девушку наедине с ее несчастьем. Только когда она устроилась камеристкой к одной актрисе, он появился снова. Провел с Йордан несколько ночей и стал вымогать деньги. Снова и снова. Годами не давал ей покоя. Последний раз появился на вилле летом прошлого года, тогда она сказала ему, что на этом все.

— Допьешься до смерти! – рявкнула она. – Ничего больше от меня не получишь.

— Получу, Мариэла. Не хошь платить, но будешь, а то ведь я заговорю.

«Долго тут его держать нельзя, – пронеслось у нее в голове. – На ногах еле стоит. Если вышвырнуть его из комнаты, чего доброго, упадет и совсем не встанет». Она делала это нехотя, потому что деньги, завернутые в тряпицу и спрятанные в ящике комода, были отложены на потом. На старость.

Он смотрел, как Мария копается в ящике, но она встала таким образом, чтобы не было видно, сколько у нее денег.

— Пять марок? Ты шутишь, что ли?

— Больше нет! Баста!

Он спрятал монеты, добавив, что с таким заработком завтра придется прийти еще раз. Она вновь пригрозила полицией и добавила еще пять марок, после чего закрыла ящик и повернулась к нему:

— А теперь иди своей дорогой, Зеф.

— Пожелай мне удачи, Мариэла.

— Она тебе понадобится. Вон отсюда!

С ее стороны было ошибкой выпроваживать его, не выглянув предварительно в коридор. И она поняла это, лишь услышав короткий пронзительный крик. Будто девушка обнаружила во время утреннего туалета, что за ней тайно подглядывают. Зеф буквально упал в объятия этого странного Гумберта – камердинер шел к себе.

Зеф от неожиданного столкновения потерял равновесие и обхватил испуганного Гумберта, чтобы устоять на ногах. Гумберт завизжал, вероятно, испугавшись грязного вонючего старика. К таким вещам он был очень чувствителен.