Книга Девушка с характером, страница 210 – Анне Якобс

В этот момент кто-то позвонил в колокольчик, и Эльза побежала открыть дверь.

— Ну, хотя бы поздороваемся с вашим супругом, – сказала Риккарда фон Хагеман Алисии.

Она ошиблась. За дверью стоял рабочий фабрики и мял в руках шапку, очевидно, он был в шоке от столь блестящего общества.

— Господин… господин директор… – заикался рабочий, у него внезапно перехватило дыхание, и он не мог продолжить.

Клаус фон Хагеман, который уже стоял возле двери, обратился к нему:

— Давайте соберитесь, дружище! Говорите по одному слову. Еще раз сначала.

— Давайте. – Рабочий, ссутулился, уронил шапку и неловко наклонился за ней.

— Что с моим мужем? – Алисию охватило мрачное предчувствие. – С ним что-то случилось? Говорите же!

— Господин директор Мель… Мельцер… в боль… в больнице.

— Господи!

Работника затащили в холл, окружили и засыпали вопросами. Бедняга запаниковал и не понимал, кому отвечать и на какой вопрос. Наконец удалось вытянуть из него то немногое, что он знал. Макс Хунцингер обнаружил господина директора Мельцера во дворе лежащим на земле в луже. На его крик сбежались рабочие из прядильного цеха, среди них – Хунцингер-старший. Господина директора отнесли в медицинский кабинет и уложили там на кушетку. Он находился в сознании и испытывал довольно сильные боли, поэтому Макс Хунцингер вместе с отцом отнесли господина директора в его автомобиль, и главный насадчик Карл Зуттнер, который умеет водить машину, отвез его в больницу.

— Пауль, – сказала Алисия, которая вела себя на удивление хладнокровно. – Пожалуйста, отвези меня туда сейчас же.

— Конечно, мама! Эльза! Пальто.

Алисия позвала Мари и попросила ее сопровождать. Всех охватило лихорадочное возбуждение. Элизабет решила ехать в клинику с Клаусом фон Хагеманом на машине его родителей, Китти настояла на том, чтобы взять с собой Альфонса. Эдгар Бройер позвонил своему дворецкому и приказал прислать автомобиль и развезти остальных гостей по домам.

— Умер? – послышался голос Августы у входа в подсобные помещения.

— Замолчи ты! – цыкнула на нее повариха.

— Святая Дева Мария, – проговорила экономка. – Спаси и сохрани нашего господина…

Больше Мари ничего не услышала. Она без шляпы и жакета побежала к Алисии, усадила ее на заднее сиденье, а сама заняла место рядом с Паулем. Он молча, с каменным лицом смотрел на пучок света от фар. Алисия Мельцер тоже не проронила ни слова за всю поездку по ночным улицам.

Длинное здание главного корпуса больницы казалось в темноте крепостью, несколько рядов окон были освещены. Пауль остановился перед входом, помог матери и Мари выйти, затем немного отъехал, чтобы дать место машине Альфонса. Китти дрожала, и Мари, которая должна была находиться при Алисии, подошла к фрейлейн и обняла ее за плечи.

— Это я во всем виновата, – причитала Китти. – Из-за меня он так разволновался и заболел. Ах, Мари…

— Нет, Китти, – убеждала ее Мари. – В этом несчастье никто не виноват. Так бывает, и мы все должны стараться поддержать его.

Китти кивнула и заметила, что Альфонс сказал то же самое. Тогда, наверное, так оно и есть.

Они вошли в приемный покой, и Пауль узнал у дежурной сестры в католической части, куда поместили господина директора Иоганна Мельцера.

Между тем Альфонс присоединился к Китти, и она взяла его под руку. Когда в холле появилась Элизабет с лейтенантом фон Хагеманом, Китти опять потеряла самообладание.