Книга Девушка с характером, страница 234 – Анне Якобс

— И правда, ты вернулась, девочка. – Он помешал кистью в жестянке, чтобы смола не застывала.

— Да, – смущенно подтвердила Мари. – Пришло время… Она не знала, что еще сказать, и пошла дальше. Автомобиль, припаркованный перед виллой, ожил и с грохотом поехал ей навстречу. В нем сидел Густав в шоферской фуражке, он помахал Мари. Странно, но сиденья сзади пустовали. Мари остановилась возле клумбы, чтобы подышать. Здесь в октябре прошлого года мимо нее проехала машина, и Пауль с любопытством смотрел на нее из окна. Их первая встреча. Начало любви. И что теперь?

«Надо быть сильной, – думала она. – Так или иначе, я не буду ни унижаться, ни лгать. Даже ради любви. Прежде всего ради любви, потому как кроме несчастий, это ничего не сулит».

Мари уже хотела пойти к расположенной слева двери для прислуги, но в этот момент открылась центральная дверь портика с колоннами. На пороге возникла Августа в темном платье и белом фартуке, на волосах аккуратно заколот чепчик. Ее лицо раскраснелось от волнения.

— Наконец-то ты пришла! Господи, как мы тебя ждали! Входи, все уже с ума сходят от радости. Ах, теперь ведь мне нужно называть тебя на «вы» и говорить «госпожа»…

Мари не сдвинулась с места. У бедной Августы горячка? О ней свидетельствовал румянец.

— Мари! – крикнул кто-то в глубине холла. – Мари, ах ты негодная, непослушная девчонка! Я бы тебе сейчас надавала по щекам и потаскала бы за волосы. Как ты могла такое выкинуть? Как? Скажи что-нибудь! Ох, Мари, как же я счастлива, что ты вернулась!

Это была Китти. Мари быстро поднялась по ступенькам и, поднявшись, поймала подругу в свои объятия. Иначе Китти от волнения свалилась бы с лестницы.

— Китти, – пробормотала Мари. – Фрейлейн Катарина… Успокойтесь, прошу вас. Сожалею, но я просто не могла иначе…

Китти плакала и прижимала ее к себе, ее горячие слезы капали Мари на жакет. Она говорила, что все так и поняла и никто на нее зла не держит.

— Папа все нам рассказал, Мари. Какой стыд, я не хотела верить. Какой же дьявол в нем жил, если он одновременно был нашим отцом, любил нас и играл с нами в парке… Ох, Мари, мы так виноваты перед тобой…

Мари не знала, как ей отвечать на эту экзальтированную речь. Иоганн Мельцер действительно посвятил в эту историю и супругу, и дочерей? То есть он правда раскаялся? Но на Мари ему в этом смысле рассчитывать не стоит.

В холле тем временем собралась прислуга, даже обе прачки, работавшие на вилле раз в неделю, стояли вместе со всеми.

— Добро пожаловать, Мари, – торжественно проговорила экономка и протянула Мари руку. – Я сразу поняла, что ты особенная.

— Фрейлейн Шмальцлер… я хотела… – смущенно заикалась Мари. Но продолжить не смогла.

— Ну наконец-то, дай-ка обниму тебя, девочка, – улыбалась во весь рот повариха. – Какая глупость – прятаться от собственного счастья!

Гумберт ничего не сказал, но сиял почему-то как начищенный пятак; по немолодому лицу Эльзы текли слезы. Даже Мария Йордан вышла вперед и приветливо улыбнулась.

— Ай, я знала! – трещала Эльза. – Она вернется. Священник как сказал, так оно и случилось…

Мари прислушалась. Ах, вот в чем разгадка. Этот хитрец Лейтвин все разболтал.

— Мари, пойдем наверх, – нетерпеливо подталкивала ее Китти. – Да дайте же дорогу, Господи боже, не видите, что ли, что нам надо пройти? Она же не ваша собственность. Что вы тут стоите, будто его величество император у нас гостях. – Она говорила это, смеясь и плача одновременно, схватила подругу за руку и потащила вверх по лестнице.