Книга Девушка с характером, страница 243 – Анне Якобс

— Конечно сообщили, – ответил Пауль. – Но оказалось, что и она не знает. Вот только… у меня вопрос…

Она смотрела на него во все глаза. Сверкающие черные глаза. Ему казалось, он видит в них свое отражение.

— Скажи, – потребовала она. – Выговорись, Пауль. Я же чувствую, тебя это гнетет.

Он сделал долгий глубокий вздох и смущенно улыбнулся.

— Я вспомнил, как ты говорила тогда в Нижнем городе о подруге. Ты помнишь? В тот день, когда мы встретились у пивной «Под зеленой кроной».

— Как я могла забыть? – улыбнулась она. – Ты спас меня от того типа. А потом проводил до ворот Святого Якова…

— Мне так безумно хотелось поцеловать тебя на прощание, Мари…

Они несколько мгновений смотрели друг на друга, вспоминая ту первую встречу, в обоих пробудившую томление.

— Глупо с моей стороны. – Он покачал головой. – Но я думал, этот мужчина, возможно, какой-то знакомый твоей подруги.

— Ах, вот в чем дело! – воскликнула она и хитро взглянула на него. – Ты думал, ко мне тайно пришел тот, к кому я тогда ходила в Нижний город? Ты это предполагал, не так ли? Ты подумал – у кухарки любовь в Нижнем городе?

Он попробовал все отрицать, но так вяло и неискренне, что в конце концов во всем признался. Да, он так тогда и решил и ужасно разозлился, поскольку считал, что она заслуживает лучшего, чем какой-нибудь босяк или сомнительные приключения.

— Ты ревновал, – хихикнула она.

— Ну да, что тут скажешь. Признаю!

— О, это так мило, дорогой!

— Не смей надо мной потешаться!

И она засмеялась, а потом взяла его руки и приложила к своим щекам.

— Тогда тебе придется выслушать мое признание, дорогой. Но не пугайся. Твоя Мари прожженная лгунья, потому что нет никакой подруги в Нижнем городе.

Что ж, он с самого начала знал, он видел ее насквозь. И пусть она не мнит себя аферисткой, это, к счастью, совершенно не так.

— Я и не собиралась обучаться этому искусству, – призналась она. – На что и с твоей стороны рассчитываю, мой дорогой.

Он заверил ее, что с детства был никуда не годным обманщиком. Но понять, что же она делала в Нижнем городе, все равно хотел бы.

— Ах, Пауль, – вздохнула она. – Разве тебе не известно? Над пивной когда-то жила моя мать. Я случайно это выяснила и хотела узнать побольше.

Нет, он не знал. Но, конечно, мог бы и догадаться. Ведь отец говорил, что Луиза Хофгартнер и Якоб Буркард жили в Аугсбурге. То есть там, над «Кроной» и была их квартира.

— Этот дом даже, наверное, принадлежит нам. Отец купил те дома в Нижнем городе.

Она ошеломленно посмотрела на него. Иоганн Мельцер приобрел этот дом. Зачем? Может, думал, что чертежи спрятаны где-нибудь в стене или полу?

— Ты уверен, что он купил именно этот дом, Пауль?

Нахмурив лоб, он задумался. Отец ведь недавно рассказал, что планировал купить несколько домов, снести их и построить там склад или контору.

— Я тогда сдавал выпускные экзамены в школе. Погоди, договоры купли-продажи у него здесь, в кабинете. Вон в тех папках, наверху…

Мари взглянула на стопку серых папок на полке за письменным столом и попросила Пауля не рыться в отцовских документах. Можно ведь просто спросить. Хотя бы затем, чтобы вернуть то, что осталось от ее матери – мраморный бюст и изделия из дерева, которые старая фрау Дойбель хранила в своей комнате. Но Пауль уже просматривал папки, пытаясь понять, каким образом они упорядочены, упомянув, что он теперь практически во всем является партнером отца, несколько недель руководил фабрикой в одиночку, сам принимал решения и теперь ему полагается все знать о недвижимости семьи. В первую очередь о той, которая касается его будущей жены.