Книга Хозяйка Мельцер-хауса, страница 228 – Анне Якобс

— Здесь? А что здесь?

Мари поняла это первой. Потом и Тилли. До Элизабет доходило очень долго…

— Это… это парикмахер… цирюльник…

Китти решительно вошла в маленький магазинчик. Владелец, невысокий мужчина с круглыми карими глазами и черными бровями, рассыпаясь в любезностях, подвел ее к стулу и потер руки, как будто хотел польстить ей за дерзость.

Ее спутницы робко вошли в помещение следом за ней, тревожно остановились у двери и обменялись беспокойными взглядами.

— Я знаю, что мама упадет в обморок, – сокрушенно проговорила Лиза. – А папа сначала…

— Ничего, переживут. Пожалуйста, начинайте. Хочу стрижку под мальчика, совсем короткую. С челкой. Или как говорит папа? «Я у папы дурочка…»

— Как вам угодно. Немного жаль, такие роскошные волосы…

Он распустил прическу Китти, и ее блестящие темные волосы мягкими волнами рассыпались по плечам и спине.

— И чего вы ждете? Что они сами отвалятся?

Элизабет издала тихий, полный боли вздох, когда ножницы срезали первые пряди. Звук был такой, будто кто-то перерезал стеклянные нити.

— А ты не хочешь, Мари? – спросила Китти, с восторгом наблюдая за происходящим через зеркало. – Тебе бы это пошло потрясающе.

Нет, Мари ни в коем случае не хотела жертвовать своими длинными волосами. А что скажет Пауль, вернувшись домой? Ах, теперь, после перемирия, пройдет совсем немного времени – и они снова увидятся. Совсем скоро, конечно же совсем скоро… Надежда умирает последней.

— А ты, Тилли? Твоя белокурая головка с короткой стрижкой смотрелась бы прелестно…

Тилли считала, что ее матери и без того хватает печали, так что она не хотела причинять ей боль. Может, позже она была бы не прочь. К тому же это весьма практично.

Китти сдула со лба срезанные волоски и с изумлением посмотрела на свою новую челку. Великолепно. Она не могла дождаться, когда мастер наконец будет доволен.

— Как вам идет, госпожа. Как будто эта стрижка создана специально для вашего лица…

Он был прав. Волосы Китти лежали в точности так, как того требовала мода. Две пряди были изящно, легко и красиво приподняты над головой, образуя два восхитительных завитка на висках. Челка придавала ее голубым глазам особую соблазнительность.

— Ну? Как вы это находите? – торжествовала она, встряхнув головой и проводя пальцами по коротким волосам.

— Шикарно! – вздохнула Тилли.

— Совсем не дурно, – согласилась Мари.

Элизабет молчала. Она подошла поближе к сестре, провела рукой по ее волосам, поправила их и смахнула пару волосинок с темной накидки, которую парикмахер надел на Китти.

— Пожалуйста, сделайте мне то же самое! – четко произнесла она.

— Вот те на! Извольте радоваться! – воскликнула Фанни Брунненмайер.

Разложив перед собой на столе «Аугсбургские новости» и надев Эльзины очки, она внимательно изучала газетную статью.

— Ну что там опять? – тяжело вздохнула Эльза. – Мы почти мечтаем о войне. По крайней мере здесь, в Аугсбурге было тихо и спокойно. Но с тех пор, как появилась республика и наш добрый кайзер Вильгельм покинул пост, творится что-то несусветное, повсюду кавардак. Теперь и на улицу носа не высунешь.

Кухарка велела ей не болтать ерунды. Войны, конечно, никто не хочет, а до нового режима ей нет никакого дела.

— Теперь у нас есть республика советов, Эльза, – напомнила она. – Вот что пишут сейчас в газете.