Книга Хозяйка Мельцер-хауса, страница 289 – Анне Якобс

— С лисьим мехом? – уточнила Августа, покачав головой. – Так его ей подарили господа еще несколько лет назад, поскольку мех облезал.

— Может быть, ты и права, – согласилась Эльза. – Но вот на господине Винклере, сидевшем рядом с ней, не было даже пальто. Один пиджак…

Августа, хихикнув, заметила, что господин Винклер уже давненько живет в приюте. Не иначе как Йордан завела себе любовника на старости лет.

— Кроме тебя больше никому такое не пришло бы в голову! – вставила повариха. – Господин Винклер сразу после Рождества уезжает в Померанию. Он получил там работу.

Августа не поверила. И откуда ей знать? Что, Мария Йордан сама ей рассказала?

— Мне сказала это фройляйн Шмальцлер, потому что она отправится туда вместе с ним. Она очень рада, ведь он милый человек, и ей будет в поезде не так одиноко. И чемодан у нее такой тяжелый.

— Может быть и так, – рассуждала Августа. – Так значит, господин Винклер все-таки нашел учительское место. Может, даже вблизи поместья.

Фанни Брунненмайер не любила болтать. Однако сегодня у нее был уж очень напряженный день, ей предстояло еще приготовить мокко, а потом разложить на многоярусные серебряные блюда испеченные ею миниатюрные пирожные птифур…

— Ну что ты говоришь! – прорычала она, снова вытирая лицо. – Он будет работать в самом поместье. В библиотеке.

Августа от удивления чуть не выронила ложку, которой она соскребала со дна кастрюли остатки подливки, и разразилась смехом, который никак не могла остановить, пока его не сменила икота, так что Эльзе пришлось шлепнуть ее по спине.

— Какая… какая же… какая хитрющая… А с виду тише воды ниже травы, – с трудом переводя дыхание, выдавила Августа. – Вот вам и верная супруга… вот вам ее сострадание… – не унималась Августа.

— Ведь поговаривали, что Элизабет фон Хагеманн хочет переехать в поместье в Померании? Дядя Рудольф умер, а сын, который у них остался, не хочет там…

Теперь и у Ханны в голове завертелась эта мысль. Так значит, фрау фон Хагеманн хотела уехать в Померанию, взяв с собой мужа и свекровь со свекром и прихватив еще господина Винклера.

— Муж ей нужен для того, чтобы управлять имением, свекровь она поселит где-нибудь по соседству, а господин Винклер будет навещать ее каждый день в библиотеке. Ловко же она все продумала!

«Просто великолепно, – рассуждала про себя Августа. – И кто бы мог подумать, что Элизабет фон Хагеманн способна на такое!»

— Ну, теперь она может отплатить мужу той же монетой, – проговорила Эльза и тут же поджала губы.

— Он это заслужил, – сердито проговорила повариха. – Но все же мне его жаль, бедняжка. Госпожа пригласила его и его родителей на рождественский ужин. А поскольку он не захотел прийти, то и родители остались дома.

— А почему он не захотел прийти? – удивилась Эльза.

— Ну и тупа же ты, – ответила Августа. – Да просто потому, что он безобразен. Я бы и куска не смогла проглотить, сидя за одним столом с таким…

Гумберт прошел на кухню, тоже позволив себе небольшой перерыв, прежде чем снова вернуться наверх и спросить господ, чего они изволят.

— Повар у нас выше всех похвал, – доложил он. – Жаркое нежное и сочное, а соус просто песня.

Фанни Брунненмайер восприняла это как само собой разумеющееся. Она сама лучше всех знала, довольна она своей работой или блюдо ее подвело. В данном случае ее не устроил только картофель в мундире, который ей не удалось подать так, как она хотела: с растопленным маслом, посыпав сухой петрушкой.