Книга Младший брат, страница 11 – Салтанат Бодыкова

Жумабике вбежала в юрту и остановилась. Свекровь спала, во сне вздрагивая и подёргивая головой. Что же делать? Дети на прополке, Наталья и свекор на ферме. И все-таки она решилась разбудить свекровь. Новость того стоила. Молодая женщина присела перед спящей свекровью и осторожно погладила её по руке. Та открыла глаза и увидев плачущую сноху, села и схватилась за сердце, запричитала.

— О, бисмилля, жеребеночек мой, что случилось? О Всевышний, пожалей нас, несчастных. Неужели же мало бед свалилось нам на голову? Милая, говори на кого из моих птенцов пришло черное письмо?

— Нет, апа, нет, — сквозь слезы шептала ей сноха, — победа, апа, победа, мы победили, больше нет войны.

— Победа? — не верила ей свекровь. Победа. Только бы мои кровиночки вернулись домой. Плакали женщины обнявшись, перемежая рыдания благодарностями в адрес Всевышнего. — Так, скоро наши работяги на обед придут. Знаешь, я припрятала на такой случай немного муки без отрубей. Давай испечем табанан. Это же праздник, великий праздник!

И они забегали по юрте, мастеря нехитрый праздничный обед.

Потом уехали Наталья с Алешей. Как же тяжело было с ними расставаться. Как пусто стало после их отъезда. За эти трудные военные годы эта семья стала им родной.

Особенно тяжело пришлось Жумабике, ведь она рассталась с подругой. Именно с ней, с Натальей она поделилась тайной, что многие годы рвала её на части. Именно ей, она поведала о своей любви, несчастной и запретной. И Наталья ее поняла, выслушала и не осудила.

— Так бывает, Джума, это жизнь. Не вини себя, сердцу не прикажешь. Любовь, она такая, придет и не спросит. И что ты решила делать? Жить и страдать рядом с любимым?

— Я не знаю. Но я думаю, будет честным уйти из этой семьи. Я не могу их обманывать. Это подло.

— К родителям уйдешь?

— Нет, они меня не примут. Это же позор на весь наш род.

— И что, выгонят родную дочь?

— Я им уже не дочь. Я принадлежу семье мужу, и уйти от мужа не имею права.

— Суровые у вас обычаи, — покачала головой Наталья.

— Вот хорошо вам, русским. Вышла замуж, не понравилось, развелась. Потом снова вышла замуж. У нас так нельзя. Хвала Аллаху, времена изменились, в прежнее время меня бы убили, а сейчас… Уеду в город, если мне позволят забрать детей, правда, паспорт нужен для этого.

— А если не отдадут детей?

— Тогда останусь и буду мучаться.

— Неужели Тулютай-ата и Жамал-апа с тобой так поступят? Они же хорошие люди. И так тебя любят.

— Я и сама их люблю. И не хочу причинять им боль.

Наталья, в свою очередь, рассказывала о себе, о своём муже, о своей боли. Жумабике слушала с затаённым сердцем, и то радовалась, то сочувствовала.

— Значит, ты вышла замуж по любви?

— Конечно, а ты разве, нет?

— Ну что ты, Наталья, — смеялась Жумабике, — казашки выходят замуж не по любви, а как бы тебе сказать, по договору двух отцов. Так что, это мой отец решил, что я должна выйти за Айнабека. Если бы по любви, ты же знаешь, кого бы я выбрала.

Вот в таких задушевных беседах, проводили подружки те часы, что им удавалось уединиться.

Однажды, во время короткого отдыха на поле, Жумабике, как всегда, делилась сокровенным — как же радовалась она возможности поведать о своей любви — и не сразу заметила, стоящего неподалеку, подростка.

— Шалкар, что случилось?