Книга Младший брат, страница 44 – Салтанат Бодыкова

Жумабике, сама родила восьмерых, а сколько было выкидышей. Ну все хватит, пора о наболевшем.

Когда Жумабике родила второго ребенка Канабеку, она совершила поступок, за который сама себя презирает. Она, чуть было, не призналась в любви своему мужу. Начала обнимать и целовать мужа, шептать ласковые слова. Канабек смотрел на нее, как на умалишенную. А потом, сказал слова, которых лучше не слышать влюбленной женщине.

— О, Алла, ты умом тронулась, ведешь себя, как падшая женщина, займись, лучше детьми, совсем от рук отбились. Ох, стыд-то какой!

Воспоминания об этом дне, будто расковыривают старую, запекшуюся рану.

Со временем она свыклась с холодностью мужа и даже стала его жалеть. Да, жалеть. Когда поняла, что он страдает, невыносимо страдает от незажившей, детской обиды на отца, на брата. Простила ему нелюбовь к себе, его невнимание.

А потом ужаснулась: ее муж так глубоко закутался в свою обиду, что его равнодушие распространилось на детей, а этого простить было нельзя.

После мучительных раздумий пришла к решению уйти от мужа, вместе с детьми. Оттягивала этот разговор как могла, но продолжать делать вид, что у них семья, просто устала. В глубине души надеялась, ее муж найдет такие слова, что заставит ее переменить решение.

Чуда не произошло. Реакция была еще хуже прежней, ни тебе разубеждающих слов, ни всплеска эмоций. Он не удивился, не оскорбился, ни возмутился и не обрадовался. Да если бы, он затопал на нее ногами от злости или вздохнул бы с облегчением, признаваясь, что у него есть другая женщина, она бы не терзалась больше и успокоилась бы.

Она выкорчевала бы любовь из своего сердца и стала бы жить дальше, она бы его простила. Но…

— Помоги сделать документы мне и детям. Паспорт нужен. Мы уедем, как только появится возможность.

Канабек внимательно посмотрел на жену и усмехнулся.

— Ты же говорила, что ради детей, готова выдержать все испытания, что уготовит тебе Всевышний и вытерпишь такого мужа, как я.

— Забудь об этом, — резко ответила Жумабике и чуть мягче добавила, — именно потому, что я забочусь о своих птенчиках, я не стану жить под одной крышей с человеком, не любящим своих детей.

— То есть, по-твоему, я плохой отец? Не тебе, женщина, судить обо мне.

— Я и не сужу, я просто не буду с тобой жить.

Канабек снова усмехнулся, прожигая ее недобрым взглядом и вышел из дома. Она расплакалась, навзрыд, мечтая, сейчас же, в эту минуту покинуть этот бренный мир.

Канабек завладел душой Жумабике, как только она его увидела. И не было места в ее сердце другим мужчинам.

За несколько лет до войны, когда семья Смагуловых после долгой череды мытарств, наконец-то обустроилась на новом месте, близ Караганды, Канабек женился.

Тяжело было Жумабике, вынужденной скрывать свою любовь, но стало еще труднее с появлением Ажар — жены Канабека — теперь, воображаемая соперница обрела плоть.

С первых же дней, Жумабике проявила строгость в отношении младшей абысын — становиться задушевной подружкой в ее планы не входило. Но юная жена младшего брата мужа была так мила и непосредственна, что в скором времени Жумабике поняла: эта девочка не только ей не соперница, она, в принципе, не способна причинить, ни ей, ни кому-либо, зло. У ее абысын такое большое сердце, что если бы Жумабике рассказала бы ей о своей грешной любви, она — если бы это было в ее власти — собственноручно отдала бы ей своего мужа.