Книга Триктрак, страница 103 – Ольга Болгова

Снова и снова прокручивала в голове события последних дней, пытаясь найти, если не разгадку, то хотя бы какую-то логику. Возвращалась к мысли, что злоумышленника не существует, и догадка о банально сбежавшем Джеймсе была верна. А если какой-то злодей и существует, то действует он слишком суматошно. Хотя, как бы действовала я, если бы нужно было что-то найти в доме? Разумеется, очень нервно и наделала бы массу ошибок. Вероятно, злоумышленник — полный профан в преступной деятельности. Задумавшись, выпала из текущего момента, чуть не забыв, что иду по пустынному вечернему городу. Неужели у англичан не возникает желания выйти на прогулку? Ответом послужила ярко освещённая витрина и вход в паб, внутри которого было довольно людно. Чужой город, чужие загадки, чужие люди за стеклом, а я, бредущая в холоде вечера, лишь наблюдаю из темноты, как они живут, веселятся или грустят. Дверь паба распахнулась, выбросив наружу пару подвыпивших парней. Один из них затормозил, уставившись на меня, и что-то выкрикнул. Слов, кроме одного, уже ставшего международным, я не разобрала, но смысл примерно поняла и расценила, как сигнал к немедленному отступлению. Пролетела спортивной ходьбой с десяток метров — бежать не позволяли жалкие остатки возрастной гордости и лишний вес, — свернула за угол и, убедившись в отсутствии погони, продолжила прогулку. Через дорогу напротив белели металлические вензеля ограды какого-то сада, за ней к небесам тянулись голые ветви деревьев и кустов, а на них то тут, то там, освещённые уличными фонарями, желтели и краснели бутоны, похожие на розы. Подошла поближе, чтобы изучить сие удивительное явление. Цветы в январе на совершенно голых кустах! Они казались чуть подсохшими, но не выглядели искусственными. Или это хитрая уловка садовника? Вот так и жизнь, пафосно подумалось мне, иногда преподносит нам цветы на голых ветвях обыденности, но в результате они оказываются фальшивыми, ненастоящими. Стряхнув на мокрый тротуар ворох ненужных метафор, пошла обратно, на всякий случай, в обход вышеупомянутого паба. Через полчаса причалила у дверей гостиницы, носящей гордое птичье название «Eagle House».

Ночью долго не могла заснуть, маялась от раздумий и тревог, бродила по комнате, переключала программы телевизора. Снова перерыла чемодан, надеясь найти коробку с нардами и, разумеется, не нашла. Уснула почти под утро, когда первые лучи солнца намеревались позолотить… короче, около четырех. Во сне почему-то составляла английские фразы в сослагательном наклонении: «если бы я не сделала то-то и то-то, не произошло бы это и это», причем, страшно гордилась, что не допускаю ошибок. Проснулась поздно. Сразу подумала об инспекторе, затем — о миссис Хоуп, которой не вернула ключи. Третья мысль прилагалась к первой и второй — нужно отправляться на Вудкэм Драйв. За время моего отсутствия там, возможно, что-то изменилось — к худшему или к лучшему. Быстро собралась, расспросила девушку-портье и вскоре ехала на указанном ею автобусе.

Дом стоял на том же месте, где я его вчера оставила. Может быть, что-то и произошло, но он не сообщил об этом. Огляделась, подозревая, что, возможно, за мной наблюдают, и свернула на дорожку, ведущую к крыльцу. Отомкнула дверь и вошла, чуть содрогаясь от ощущения, что вхожу в дом с привидениями, где за каждой дверью ожидает нечто ужасное. Стояла тишина, которую в народе зовут гробовой. Заглянула в гостиную, на кухню. Никаких изменений, ни следов борьбы или действий группы захвата, ни присутствия живых людей.