Книга Влад, страница 100 – Дея Нира

П-р К.: – Позвольте задать вопрос. Почему вы решили, что этот ангел послан вам небесами? Разве вы не предположили, что это мог быть кто-то иной? Так сказать, с другой стороны.

П-т Б. (чуть презрительно): – Говорите прямо, не стесняйтесь. Вы имеете в виду, что вместо Божьей длани надо мной простерлась рука дьявола? Что меня ввели в искушение?

(Профессор развел руками.)

П-р К.: – Я не силен в теологии. Оставлю это преимущество вам. Я лишь смею предполагать, чтобы изыскать истину.

П-т Б.: – Полагаете, я настолько слеп, что не смог бы отличить беса от ангела? Неужели бы я не почувствовал злого коварства и желания соблазнить, сбить Божьего слугу с истинного пути?

П-р К.: – Простите мои подозрения, я всего лишь скромный врач. Не мне тягаться с вами в данных вопросах. Поэтому прошу объяснить мне: как вы убедились в этом? О чем вы с ангелом говорили?

П-т Б.: – Я не смею вдаваться в подробности, ибо это касается только моего Князя и меня.

(При этих словах профессор быстро посмотрел на пациента.)

П-р К.: – Погодите, уважаемый г-н Ботезату…

П-т Б.: – Прошу, обращайтесь ко мне «отец Павел». Вы ведь понимаете, что сана меня лишили незаконно?

П-р К.: – Безусловно… Что вы имеете в виду, когда говорите «мой Князь»? И тогда при чем тут ангел?

(Взгляд Ботезату снова проникся неистовством.)

П-т Б.: – Что же, я поясню, хотя за вашими вопросами мне видится плохо скрытое высокомерие. Не пытайтесь возражать, любезный профессор! Меня трудно обмануть – даже такому знатоку психиатрии, как вы. Однако я возьму на себя труд объяснить вам, что видится мне вполне естественными и понятными вещами. Но вы будто погрязли в своем грубом материализме, и оттого ваше духовное зрение ослабло, а может, никогда и не было достаточно сильным. Ангел, являвшийся мне в видениях, был посланником высочайшей воли. Он – мой наставник и проводник в мир, в котором я мечтал оказаться. Он велел мне собрать избранную паству для моего Князя, и я готов был служить. Знаете ли вы о скрытых текстах, которые не вошли в Библию? Знаете, что от нас утаивают множество веков, не желая, чтобы мы обрели собственную силу и власть? Красный Ангел возвестил, что грядет Князь, а перед этим будут дарованы знамения, которые я сам наблюдал воочию! Мои глаза не могли солгать мне, как и мой разум! О нет! Они всегда верно служили мне!

(Г-н Ботезату говорил все более возбужденно, и санитар у двери сделал нерешительный шаг вперед, но был остановлен едва заметным движением руки профессора.)

П-р К.: – Вам не о чем так волноваться, господин… хм… отец Павел… Прошу, чуть подробнее о знамениях. Какие из них вам удалось увидеть?

(Перед тем как ответить, пациент устремил взгляд вдаль, будто что-то увидел позади профессора, и застыл, не реагируя на вопросы, пока наконец не пришел в себя.)

П-т Б.: – О том, что сказано в Откровении Иоанна Богослова, – появлении Огненного Ангела и воскрешении мертвых. Но только это еще не все. Есть и другое, обнаруженное давным-давно в апокрифических текстах, но спрятанное от любопытных глаз, от нас с вами. Они скрывают… Они боятся… Боятся Его… Но Он придет… Нет, Он уже среди нас! И покарает всех, кто воспротивится Ему! Я знаю! Ангел возвестил мне!..

Запись сделана позднее мной (Ковач)

На этом пришлось закончить, так как у пациента начался тяжелейший припадок. Он вдруг кинулся на меня, молниеносно перелетев через стол. Санитар и ассистент опешили, но тут же бросились вперед, чтобы оттащить его. Нам втроем едва удалось удержать Ботезату, а на шум тут же поспешили еще двое санитаров. Вкололи больному сильнодействующее успокоительное. Мы все порядком устали, пока пытались утихомирить его. Бедный мальчик-практикант весь побелел от страха, но я поспешил поддержать его и заверить, что он превосходно справился.