Книга Влад, страница 131 – Дея Нира

Возмущенный вой, в котором слышался страх, взмыл в душный, пропахший по́том и вином воздух.

— Остановись! Где доказательства? – закричали гости. – Мы требуем честного суда!

— Я и есть честный суд, – провозгласил князь. – Больше в Валахии не будет лживых бояр, наживающихся на чужих горестях и крови. Вы без устали грабили свою собственную страну, услужливо склоняясь перед тем, кто больше заплатит или кому выгоднее служить. Вы плели интриги и строили козни против собственного народа, но я положу этому конец. Не вы ли смеялись надо мной, думая, что я не узнаю о вашем предательстве? Вы называли меня «отродьем дракона» и угрожали, что без усилий расправитесь с «очередным валашским князьком», если я посмею быть вам неугодным. Молитесь скорее, потому что скоро у вас не будет на это сил.

Возмущенные вопли сменились на мольбы, а затем снова превратились в грозные проклятия. Но эти крики не остановили молодого князя. Он стоял непоколебимо, уверенно сжимая твердой рукой кинжал. В пиршественной зале разливался еще один запах – острый, выворачивающий наизнанку, заставляющий испытывать дрожь. Запах страха, наполнявший бессилием.

Побледневших цыган с круглыми от испуга глазами хозяин дворца повелел отпустить, с прискорбием заметив, что праздник для них слишком рано закончился. Но он уверил, что им оплатят их нелегкий труд, как и было обещано.

— Если, конечно, вы не желаете остаться и порадовать нас всех своей музыкой, – улыбнулся он, но цыгане, натыкаясь друг на друга, поспешили к выходу, заверяя, что не смеют тревожить добрых господ и князю не стоит беспокоиться насчет вознаграждения.

— Тогда мы послушаем другую музыку, – ласково проговорил он с поистине дьявольской улыбкой.

Видно, все воины получили указания и знали о том, как им следует действовать. За каждым гостем имелась своя вина, и наказание тоже назначалось согласно ее тяжести. Некоторым из бояр даже милостиво перерезали горло, оставив их на полу, извергавших кровавые фонтаны, но большинству не повезло.

«Пожалуйста, – шептала Елена, – я хочу проснуться. Пусть это кончится».

Знакомая красная тень с шелестом, точно адское знамя, пронеслась над ее головой, обдав тлетворным запахом. Повеяло могильным холодом, мраком и безотчетным ужасом.

Елена старалась закрыть уши трясущимися ладонями, но до нее все равно доносились протяжные, душераздирающие вопли. Она зажмуривалась, отчаянно желая оказаться подальше отсюда, но тяжкий, изматывающий сон все не заканчивался. Пытки были самые изощренные, на какие оказались способны мастера своего дела.

Елену поражало хладнокровие молодого князя. Того, кто вызывал в ней внутренний трепет и странное чувство тревоги, смешанной с тоской. Глядя на те безумства, что творились по его указу, девушка противилась этой давящей тоске.

Кому-то из бояр отрубили руки по плечи и тут же раскаленным железом прижгли зияющие раны, чтобы смерть наступила не сразу, другим разрезали животы снизу доверху и еще живым вырвали кишки, заталкивая на их место сорванные драгоценности и пышные одежды. Один из гостей, уже не в состоянии кричать, сорвав голос, медленно полз к выходу, оставляя за собой широкий кровавый след от тянущихся за ним внутренностей. Потом он перевернулся, белый как снег, трясущимися руками попытался подобрать их и затолкнуть обратно в раскроенный живот.