Книга Мое любимое чудовище, страница 82 – Элизабет Хойт

— И, судя по всему, осуществил свои угрозы, — сухо подытожил Мейкпис и вскочил со стула, услышав фырканье чайника. — Никто больше не знает, где ты живешь?

Аполлон принялся загибать пальцы.

— Моя сестра, его светлость Осел, ты, Монтгомери и Джеймс Тревельон.

Мейкпис замер с чайником в руке, а потом выругался, когда горячая ручка обожгла ему пальцы.

— Кто он — этот Тревельон?

Аполлон взглянул на друга.

— Тот, кто арестовал меня, когда произошло убийство.

— И ты до сих пор ничего мне о нем не говорил? — Глаза Мейкписа округлились от негодования. — Господи, приятель, так это он тебя и предал.

— Нет-нет, — замотал головой Аполлон. — Он понял, что совершил ошибку, арестовав меня, и поклялся помочь найти настоящего убийцу.

— Так он тебе сказал? — Мейкпис гневно насыпал в заварочный чайник чаю из жестяной банки, даже не потрудившись отмерить. — Как можно быть таким наивным? Да он просто усыпил твою бдительность.

— Я виделся с ним вчера.

— Так об этом я и говорю! — Мейкпис залил заварку кипятком и с грохотом поставил чайник на решетку, так что вода выплеснулась и зашипела на раскаленной поверхности. — Он предал тебя, Аполлон.

— Нет.

Раздался стук в дверь, оба разом затихли и переглянулись. Аполлон достал из-за пояса нож, готовый защищаться.

Назад он не вернется.

Аполлон скользнул за дверь, когда Мейкпис ее распахнул, и услышал знакомый голос:

— Мистер Харт?

На пороге стоял, опираясь на трость, Тревельон. Один.

— Входите, — тихо произнес Аполлон, жестом приглашая капитана.

— Ты с ума сошел? — зашипел на друга Мейкпис, когда гость прохромал мимо него. — Кто это?

— Тревельон, о котором… я тебе рассказывал.

На лице Мейкписа отразился гнев.

— Этот человек тебя предал!

— Нет, — сдержанно и с достоинством возразил капитан.

— Вот как? — Мейкпис выпятил подбородок, и его губы изогнулись в саркастической усмешке. — Так почему, скажите на милость, вы появились здесь всего через несколько часов после того, как Аполлону пришлось уносить ноги из «Хартс-Фолли», спасая свою жизнь? И откуда вам известно, где я живу? Ведь до сегодняшнего утра я даже не знал о вашем существовании.

— Я не виноват в том, что вы не слишком хорошо информированы, — спокойно сказал Тревельон.

Аполлон готов был биться головой о стену. Ну конечно: Тревельон скорее вступит в словесную перепалку, вместо того чтобы все объяснить, — но он ошибся. Капитан вздохнул и продолжил:

— Что касается вашего первого вопроса. Я здесь потому, что ко мне пришел человек, служивший под моим началом четыре года назад, когда я арестовал лорда Килбурна, и сообщил, что сегодня утром в парке была облава, но виконту удалось сбежать. Я пришел к вам в надежде узнать о его местонахождении. Оказалось, вы действительно знаете, где он.

— И вы пришли, чтобы снова его арестовать! — выкрикнул Мейкпис.

— Если бы я хотел его арестовать, он уже давно сидел бы за решеткой, — спокойно возразил Тревельон.

Аполлон внутренне сжался, услышав, с какой легкостью капитан рассуждал о его аресте.

Дверь в жилище Мейкписа открылась, и в комнату вошел герцог Монтгомери. Он вышагивал с такой небрежностью, словно явился на музыкальный вечер.

— Надеюсь, не помешал?

— Нет, но вы явились без приглашения! — рявкнул Мейкпис.

— Ждать приглашения слишком утомительно, — парировал Монтгомери. — К тому же, как я заметил, их никто не присылает, когда они так нужны. Гораздо проще их вообще игнорировать. Господи, приятель, ну у вас и свинарник! Неужели совсем некуда усадить гостей?