Книга Очаровательный повеса, страница 39 – Элизабет Хойт

— Вы, наверное, помните, попытки похищения леди Фебы прошлым летом?

— Да, конечно. – Аса был откровенно удивлен.

Ходили слухи, что леди Фебу пытались похитить несколько раз и что однажды это удалось и ее удерживали в плену не одну неделю – огромный скандал в среде аристократии. Леди Феба считалась обладательницей самой голубой из голубых кровей, а ее старший брат слыл невероятно могущественным и богатым. Слухи утихли лишь после того, как леди Феба вышла замуж за капитана Тревельона.

Мисс Динвуди помолчала, прежде чем закончить:

— Похитителем был Вэл: хотел скомпрометировать ее, чтобы заставить выйти замуж.

— Что? Ведь в этом не было никакого смысла. Монтгомери – аристократ, к тому же богат до неприличия. Если он хотел заполучить леди Фебу, зачем нужно было ее похищать? Он мог вполне и так получить ее руку, как это принято в свете.

— Потому что он не намеревался жениться на ней сам, а хотел заставить ее выйти замуж за…

Эва замолчала, но Аса все еще не мог понять, какого черта Монтгомери потребовалось все это придумывать.

— Зачем все это?

Мисс Динвуди пожала плечами.

— Он был зол на герцога Уэйкфилда и жаждал мести.

— Похитив его младшую сестру? – Аса все еще пытался понять, как герцог дошел до такой жизни. – Ваш брат что, безумен?

— Как вы смеете так говорить о Вэле? – спросила она тихо, хоть и выглядела очень несчастной.

Аса не продумал свои слова заранее, но отступать не собирался. Подавшись вперед, не обращая внимания на тряску экипажа и тяжелый взгляд лакея, приглушив внутренний голос, советовавший ему не настраивать мисс Динвуди против себя, он заявил:

— Монтгомери нет оправдания: так поступают только аморальные типы.

Эва молча смотрела на него, упрямо сжав губы.

Аса прищурился.

— Почему вы ему помогаете?

— Он мой брат.

— Но ему плевать и на вас, и на всех остальных.

— Откуда вам это знать? – Эва ни разу не повысила голос, и это делало ее слова еще внушительнее. – Вам ничего не известно ни обо мне, ни о моем брате, ни о том, что он сделал для меня в этой жизни. Никому не известно. Возможно, у Вэла есть проблемы с моралью, он эгоистичен, грешен и да, временами безумен, но я люблю его. Он единственный близкий мне человек, моя семья, и только ему я могу доверять.

Аса не сводил с собеседницы горящего взгляда. Она права: он совсем ее не знает, не знает о ее прошлом и отношениях с братом, – а значит, это не его дело.

Вернее, не должно быть его делом…

— Вот так, Элис, – сказала Бриджит, показывая горничной, как чистить филигрань на серебряной чашке.

— Да, мэм, – послушно ответила девушка и принялась тереть серебро грубой частью куска кожи. – Но разве не легче использовать песок?

— Легче, конечно, – согласилась Бриджит, – но серебро – очень мягкий металл и песок будет его царапать.

— Понятно. – Элис нахмурилась и, вздохнув, продолжила работу.

Бриджит, наблюдая за горничной, подумала, насколько медлительна эта девочка. Она делала медленно все: работала, ходила, ела, даже вставала и одевалась по утрам. Надо бы давно ее уволить, но было жалко. Такой, как Элис, очень трудно найти приличную работу в Лондоне. Ее взяли горничной в Гермес-Хаус только потому, что там работал лакеем ее кузен. Оказавшись на улице, она легко могла попасть в беду. Нет, пусть лучше остается, если даже она и требует чуть больше внимания.