Книга Пророчество Гийома Завоевателя, страница 16 – Виктор Бушмин

Мишель молча кивнул, продолжая кушать. Король повернулся к епископу:

— Так. Теперь, к тебе! Именно твоя работа, как священника и епископа парижской епархии, довести до всех наших благородных и знатных «остолопов» главную идею!

— Какую, простите, идею? – Удивился Годфруа де Булонь.

— Да…

— Сир, простите меня, но, я… – недоумевал епископ Парижа.

— Годфруа! Ты, пожалуйста, не обижайся. Но, право, какой же ты тугодум! А еще гордишься своим происхождением от Карла Великого!

— Сир! Опять вы… – смутился Годфруа, немного обижаясь на Филиппа.

— Ладно. Прости меня! Ну, брякнул в сердцах! Не обижайся, ладно? – Филипп похлопал епископа по плечу.

— Хорошо, сир.

— Спасибо. Ты – настоящий друг, Годфруа! А, идея у нас такова – само Провидение защищает Капетов и престол Хлодвига! Понял?

— Да! Ух, ты! Поразительно, как я сам не догадался! – Хлопнул в ладони епископ.

Король улыбнулся, кивнул головой и сказал:

— Ну, сам понимаешь! Я – помазанник Божий! А ты – епископ, которого я ввел в сан и дал инвеституру посохом и кольцом! Только и всего, Годфруа…

— Да, сир. – Грустно согласился Годфруа.

— Не понял. Ты, что, опять обиделся на меня, Годфруа?

— Что вы, сир. Я, просто так, вздохнул, только и всего…

— И это прекрасно, что ты дышишь, Годфруа! Дыши еще сто лет, дорогой мой епископ и друг! А, наш бедный кузен – король-герцог Гильом преставился, царствие ему Небесное! Сооруди по нему поминальную мессу, чтобы все было, как положено! По «первому разряду»! Чтобы, все видели и знали, что мы грустим и любим нашего покойного, но «заблудшего» вассала! Чтобы все сеньоры и рыцари во Франции знали и помнили о страшной судьбе герцога Гильома, дерзнувшего поднять меч на своего сюзерена – короля Франции, помазанника Божия!

— Будет исполнено, сир! Поговорю с «ребятами» из Санлиса, Буржа и Лана, они меня поддержат! – Кивнул Годфруа де Булонь, перечисляя архиепископов и епископов, которых знал и с кем был в родственных или приятельских отношениях.

Филипп отпил вина, поставил кубок на стол и сказал:

— Так! С Гильомом закончили! Теперь, давайте подумаем, как нам «помочь» Судьбе исполнить два оставшихся пунктика пророчества. Остались у нас, если не ошибаюсь – море и стрела?

— Не совсем верно, сир. – Поправил де Немур.

— ?

— Надо так – стрела и море, сир. – Смутился Мишель де Немур.

— Да. А, я, как сказал? – переспросил король.

— Наоборот, сир.

— Вот, ты у нас видный сановник, тебе и соблюдать ритуалы! – Засмеялся Филипп, хлопнул по плечу де Немура и подмигнул Годфруа де Булонь.

Все рассмеялись, задорно и весело, словно сбросив с себя груз лет и забот. Они проболтали еще пару часов о разных безделицах и отвлеченных темах, позабыв о грузах забот и проблем.

— Да, сеньоры! У меня тут, к случаю, есть четыре прехорошенькие служанки! Пальчики оближешь! – Король причмокнул языком от удовольствия. – Мастерицы и выдумщицы, я вам скажу, знатные! Может, чтобы не губить прекрасный вечер – продолжим гулянку в более приятной компании? Ваше преосвященство, не против?

Епископ Парижа замялся. Филипп, подмигнув де Немуру, продолжил:

— Ой, чуть не забыл! Мои строители, как на грех, именно сегодня, закончили отделку купальни! Там большой бассейн, просто прелесть. Епископ – вы с нами, или как?

— Видите ли, сир… – мялся епископ, немного смущаясь своего сана и одежд, – удобно ли, в моем сане, при одеяниях?