Книга Пророчество Гийома Завоевателя, страница 18 – Виктор Бушмин

Гонец поклонился и побежал к конюшим…

«Вручил Англию Богу… – подумал про себя Гильом, теребя подбородок. – Боже! Как это похоже на отца! Его вечные манеры ставить всех в тупик своими решениями и поступками. Ладно! Я сам возьму то, что мне полагается по праву рождения!»

Внезапно, Гильом понял, что произнес очень важную фразу. Он плюнул на землю.

«Право рождения! Я совсем забыл, что Робер среди нас – старший! Неужели, все достанется ему? Нет! Скорее в Англию! Надо успеть захватить казну и привлечь саксов, недорезанных моим покойным родителем. Пусть, простофили, помогут мне, надеясь на восстановление былых законов…»

Он поспешил к кораблю, возле которого собрались рыцари его эскорта:

— Вперед! На Англию!

Гильом резко взбежал по трапу на борт корабля. Рыцари поспешили за ним. Капитан судна – фламандский наемник что-то крикнул на своем языке, гребцы веслами оттолкнули судно от причала и стали ставить парус. Ветер, словно нехотя, стал раздувать треугольный парус, все сильнее и сильнее наполняя его. Судно, с небольшим креном на левый борт, развернулось, и вышла из устья Сены навстречу морскому простору и неизвестности. Молодой принц стоял на баке судна, широко расставив ноги, и смотрел вдаль. Ноздри его широко раздувались, вдыхая свежий морской бриз, легкий ветер трепал его огненно-рыжие волосы. Солнце закатывалось на западе где-то далеко за горизонтом, словно умирало вслед за великим герцогом Нормандии. Принц смотрел в лицо судьбе и неизвестности, его стального цвета глаза безотрывно смотрели на север, мечтая поскорее увидеть берег вожделенной Англии…

Замок Арк. Нормандия. 12 сентября 1087 года.

Готье де Кутанс, несмотря на свои преклонные годы – ему было почти пятьдесят лет, гнал коня к замку Арк. Свита – пятеро крепких и проверенных рыцарей, еле успевали на своих горячих конях за ним. Несколько часов продолжалась бешеная скачка, уже два раза они меняли коней в придорожных замках и селениях, крича:

— Свита герцога! Свежих коней! Живо!..

Только к вечерней зорьке показался замок Арк. Он высился на отвесной скале, к которой вела только одна извилистая дорожка. Быстро преодолев передовые заставы, группа всадников влетела во внутренний двор замка, выбивая искры из камней, которыми был замощен внутренний дворик. Готье быстро спрыгнул с коня и, бросив поводья выскочившим конюшим, спросил у одного из них:

— Где Его светлость Робер?

— Граф Робер в башне, мессир. – Поклонился конюший, указав рукой на свет, лившийся из узкого оконца донжона.

Готье де Кутанс кивнул и поднялся по винтовой лестнице маршевой башенки кубического донжона на второй этаж. Граф Робер сидел в кресле и смотрел на огонь, игравший в камине. Робер был надет добротный пурпуэн, проклепанный металлическими бляхами. Вязаные штаны были заправлены в высокие сапоги из рыжей кожи с золочеными шпорами. Пояс, богато украшенный золотым позументом, охватывал тонкую талию старшего сына Гильома Завоевателя. Кинжал в богатых ножнах был единственным оружием Робера, он висел на поясе.

Когда Готье де Кутанс с шумом и скрипом открыл крепкую дубовую дверь, Робер оторвался от раздумий и созерцания огня, повернул голову и посмотрел на вошедшего сеньора.

— Добрый вечер, герцог Робер. – Учтиво произнес, кланяясь, Готье де Кутанс. – Ваш великий батюшка и наш добрый хозяин – король Англии и герцог Нормандии Гильом скончался сегодня во дворце Руана.