Онлайн книга «Проклятие Гийома Завоевателя»
|
Людовик вспыхнул, он резко перебил Сугерия: — Нет! О де Леви не может быть и речи! Мало того, что мы все переломали его, молодого и наивного рыцаря! Вам глубоко наплевать на то, что он видел смерть его друга на поле Бремюля! К тому же, он недавно мне заявил, что всерьез подумывает о принятии пострига! О нем забудьте… – последние слова король, правда, сказал уже менее уверенно, чем начало своей гневной тирады. В это время в диалог вступил Рено де Вилльбеон: — Сир! Вы нас не совсем правильно поняли. Мы не заставляем рыцаря де Леви убивать наследника и короля! Отнюдь, сир! Мессир Годфруа должен просто стать их головой, можно сказать, душой компании!.. — Ничего себе! Ну, ты, брат мой, сказал!.. – Людовик даже усмехнулся. – Душа компании! Совсем ты, старый Рено, с ума сошел!.. — Нет, сир, я в порядке! Я полном сознании, сир. Именно де Леви, а не кто-то другой, должен возглавить операцию «море»… Людовик замолчал. Он долго и мучительно размышлял, как поступить ему в этой сложной ситуации. Королевский блеск и красота оборачивались к нему своим жутким и кровавым боком, о котором он, порой, даже и не задумывался… — Ладно, сеньоры, я сам поговорю с ним… – резко ответил король, давая понять, что разговор закончен. Шартр. Дворец епископа. 25 января 1160 года. — Монсеньор! Так, что, выходит, что несчастного принца Гильома Аделина Английского убили?.. – не выдержал Оливье, прерывая слушать и записывать воспоминания епископа. – Неужели, монсеньор, это было на самом деле?.. Епископ посмотрел на писца. Его стальные глаза пронзили писца насквозь. Оливье невольно поежился, испугавшись, на мгновение, этого сильного и волевого взгляда старика-епископа. — Всякое было, сын мой… – тихим и спокойным голосом ответил епископ, перебирая в своих старческих руках четки. – То, чему служил я, теперь продолжаешь служить и ты, если не ошибаюсь? Иначе, я не уверен, что мессир Галеран прислал бы ко мне человека, в котором он не был бы уверен полностью. Не так ли, Оливье? Или, это не твое настоящее имя, сынок?.. — Все правильно, монсеньор, – грустно поклонился Оливье, – вы совершенно правы, монсеньор. Я тоже состою на королевской службе, и мне доверяет мессир Тьерри Галеран… — Так что, малыш, перестань удивляться! Пусть наши потомки удивляются тем резким и странным поворотам судьбы, которая милостиво обходилась с Францией и ее монархами и сурово карала Англию с ее монархами. Хотя, если быть честными до конца, большинство из них превосходили по личным качествам наших сюзеренов. Только… — Что, только?..– оживился Оливье. — Только у англичан не было, пожалуй, одного…. Такой, вот, верной и надежной стражи короны, какую успел и сумел сделать Сугерий… — А вы, монсеньор, расскажете, как король уговорил рыцаря ле Леви? – Спросил епископа Оливье. — Нет! – Резко оборвал его епископ. – Скажу только, что это стоило больших усилий королю. Рыцарь согласился только из огромной любви и верности своему монарху! Все!.. — Неужели, монсеньор, вы так легко согласились?.. – удивился Оливье. Епископ опустил свою седую, как снег, голову, подумал немного, потом, резко вскинул ее и ответил: — Я бы так не сказал, мой друг. Рыцарь де Леви вышел от короля почти седым. Он так сильно был потрясен, что переживания буквально изменили его внешне так, что даже многие из людей, кто знал его прежде, с трудом смогли бы опознать в этом седом и грустном рыцарей былого рыжего весельчака и неунывающего Годфруа де Леви. Вот так, сын мой. Дальше – решай сам, трудно или легко мне далось это согласие… |